Книга Полтора метра счастья, страница 158 – Юлия Чеснокова

— С мужиками я его раньше не замечала, - поддела Наташа, - как ты этого достиг?

— Не до шуток, перестань. Ты прекрасно знаешь, что свяжись я с ним, так он мне такой счёт выпишет – обосрёшься.

— А кто тебя обязует по нему платить? – заметил Химчан. – Сюда Дракон не дотянется. Сиди в его должниках хоть вечность. Да и вообще, ты ещё не услышал его цены, может, всё останется в рамках денег?

— А на что ещё он может покуситься? – поинтересовалась Наташа.

— Да есть на что.

— Если ты будешь загонять себя, не решаясь поступить так, как мог бы, - заговорил вновь Хим, - я с тобой советоваться не стану, поступлю так, как решу нужным. – Я сжала его руку своими пальцами. С тех пор, как мы договорились больше не врать друг другу, он мне говорил почти всё. Упомянул и о том, что предложил Дэну передать бразды правления среди золотых ему, прямому наследнику Джунвона. Мои чувства бунтовали против этого, я не хотела такой ответственности Химу, но если отбросить эгоизм, то кому, как не нам, бездетной паре, нести этот груз? Освободить Дэна и Рин от двойной нагрузки было бы хорошим делом.

— Да? Пойдёшь против меня ещё не став главарём? – повел бровью Дэн, не боясь за свою «должность» и не бахвалясь ею, скорее в его взгляде было сомнение в том, что Хим справится, что он тот, кто сгодится на эту роль, что он сможет вести за собой несколько десятков опытных бойцов, среди которых были жулики, воры, убийцы. Все они теперь с благородными целями, но ведь держались они направления, выбранного уставом золотых, в основном благодаря авторитету Дэниэла.

— Твой же отец против моего пошёл, - произнёс Хим.

— И ты решил отомстить в следующем поколении?

— Я не собираюсь предавать тебя, я считаю возможным дать тебе заслуженный отдых, потому что отцовство делает тебя излишне совестливым, каким ты раньше не был.

— Золотой должен иметь совесть!

— Кстати о бате, - разрядила обстановку Наташа, вмешавшись в спор, - у него новая пассия, чуток меня постарше.

— Сколько вашему отцу? – полюбопытствовала я.

— Шестьдесят будет скоро.

— Ого! – только и выдала я. Дэн и Хим успели остыть, пока мы обсуждали главного прокурора Сеула.

— Я не нуждаюсь в отдыхе, я в порядке, просто у меня в голове теперь есть ещё и личные проблемы – и это нормально, - примирительно, дружелюбно сказал Дэниэл. – Я нашёл у Рин таблетки, седативные, транквилизаторы. – Я поджала губы, отвела глаза. Она говорила мне когда-то, что пьёт их, чтобы не беспокоиться при Дэне, не показывать свои нервы. – Выяснилось, что она их пропивала курсами, чтобы её не трясло от моих вечных разлётов и приключений. Сейчас она их не пьёт, потому что боится, что какая-нибудь химия попадёт в молоко и плохо повлияет на Сандру, при этом ей самой легче не становится. По ночам она почти не спит, то ворочается, то просыпается. Недавно кошмар из прошлого приснился, она подскочила, как резанная. Вы все знаете, что много лет назад она больше года лечилась у психотерапевтов, после того, что с ней случилось. – Химчан нахмурил брови, Наташа понимающе слушала, я тёрла ладони, боясь расплакаться. Я так любила Рин! И стала такой сентиментальной из-за их проблем! Пережившая групповое изнасилование и с трудом восстановившаяся скорее благодаря Дэну, чем врачам, Херин оставалась хрупкой и где-то глубоко надломленной. – Я не хочу, чтобы это всё возвращалось к ней, я хочу вернуть ей покой, вернуть ей радость и счастье, но не представляю пока что, как это сделать. Знаете, почему? Потому что я, к своему стыду, почувствовал облегчение, уснув на диване без неё и выспавшись. Я заёбываюсь на работе, заёбываюсь с золотыми, заёбываюсь, ломая голову, как помочь Сандре и успеть везде. Иногда мне хочется сбежать от этого, вернуться в тот мир, где не существовало моих проблем, где были только чужие и я врал, лицемерил, грешил, убивал без зазрения совести. Я хочу этого, но если ты, Хим, дашь мне возможность убежать от того, что я имею – ты причинишь мне больше вреда. – Мужчина поднялся, потушив сигарету. – Я - Дэниэл Бан, и я вытащу на себе всю херню, которую посылает мне судьба, вытащу за Рин, за дочек, за всех золотых, если понадобится. И облегчать мне ничего не надо.