Книга Ловушка для хищника, страница 3 – Юлия Чеснокова

— Кто просил эту поебень взрываться, вот скажи — кто?! — завалившись на живот и взяв бинокль из рук соседа, он взглянул в него и убедился, что ящик на место не встал. — Я же нормально написал N! Это Нэ! Эн, Эн это!

— Мистер Аноним, спокойно, — похлопал его по плечу друг. — Так даже прикольнее получилось.

— Прикольнее?! Я не Зорро, я Неизвестный. Инкогнито. А вышло что? — парень закрыл глаза и опустил лицо, положив лоб на ограждение по краю крыши. — Всё коту под хвост…

— Вообще-то всё вышло в лучшем виде. Ни одного убитого, а зло повержено. Лео будет счастлив. Кстати, где он?

— По другую сторону от тебя, — неохотно откликнулся назвавшийся Неизвестным Хоакин, любитель интриг, заговоров и таинств, которые являлись для него отдельным вознаграждением за благие поступки.

— Черт! — вздрогнул Хонбин и обернулся, найдя там третьего, только что подошедшего и молча сидевшего соратника. С чувством выполненного долга, он устраивался прилечь рядом, не произнося ни слова по одной простой причине: после давней тяжелой травмы он утерял способность говорить. — Ты такой незаметный, что даже я тебя не замечаю. — Лео пожал плечами. — Ладно. Всё здорово. Мы целы, мы всё сделали. Мы втроём обвели вокруг пальца… около сорока человек.

— Неплохо, — поддакнул Эн, перевернувшись на спину и уставившись в звездное небо. — Кажется, в этом регионе они были последними? Теперь можно в небольшой отпуск?

— Да, надо бы завтра уезжать. — Хонбин покосился на Лео, который слушал их не глядя. Не имеющий способности разговаривать, он тем не менее был у них за главного, принимающим ответственные решения и распределяющим, кто что будет делать. — Уезжаем? — уточнил у него друг. Лео кивнул, думая о чем-то своём, но вот о чем — он никогда не делился ни с кем, хотя мог жестами или на бумаге. Изредка он что-то пытался объяснить им, но без желания. — Отлично, только попрощаюсь кое с кем, и днём тронемся.

— Бродяга, ты прекратишь когда-нибудь находить везде себе любовниц? — всё так же пригнувшись, поднялся Хоакин.

— Разумеется нет, я только ради этого, может, соглашаюсь повсюду ездить, — пошутил Хонбин последовав за ним и посмотрел назад, убеждаясь, что Лео бредёт за ними. Если он задержится, он же не сможет попросить остановиться, поэтому у парней вошло в привычку каждую минуту проверять его наличие. — Заглянем в Вавилон, ладно?

— Что ж, там я и сам не против побывать напоследок, — воодушевился Эн. Спустившиеся с крыши, умело заметающие следы, научившиеся почти не оставлять их (чему очень способствовала песчаная пересыпающаяся от ветра местная поверхность почвы), троица, натянув на лица берберские повязки, оставляющие открытыми только насурмленные от инфекций, легко попадающих с вездесущими песками, глаза, некоторое время плутала между сараями и будками непонятного предназначения, от электрощитовых до сторожек, обошла реденькую поросль миндаля на краю обжитой площади и вышла на дешт^[2]. Барханы и дюны ребрили волнами горизонт, невидимый во тьме людьми с обычным зрением, но наловчившиеся по ночам молодые люди просматривали черноту насквозь, особенно Лео с его кошачьими способностями. Это помогало им не теряться и легко уходить незамеченными, а так же находить оставленных лошадей, на которых в данной местности перемещаться было куда проще, чем на каких-либо машинах. Привязанные к степному кустарнику кони бесшумно склонили морды в полынь и астрагал, ожидая наездников. Хонбин сунул ногу в стремя и первым быстро взлетел в седло совершенно черного жеребца. Масти животных тоже приходилось выбирать под стать случаю, меняя время от времени: ночью темные, а днем светлые, чтобы всадники не виднелись в пустыне издалека. Лошадь Лео была без упряжи, что не помешало ему забраться на неё не менее ловко, чем Хонбину на свою. Хоакин с ленцой, рожденной усталостью, залез последним, и они тронулись в путь по бескрайнему плоскогорью спящих пустынных холмов, по несуществующим тропам, о которых не знали даже самые бывалые кочевники.