Книга Тигриный лог, страница 231 – Юлия Чеснокова

— Ну, ты как? — подошел ко мне Шуга. Ви плелся за ним, шмыгая носом в платок.

— Жива, — промямлив, обошла я их. Хотелось осмыслить. Побыть одной.

— Компания нужна? — чувствуя что-то, уточнил Юнги. Я покачала головой и, совершенно забыв о том, что ничего сегодня не делала из обязанностей, медленно, походкой сомнамбулы, двинулась к храму. Утреннее солнце скрылось за тучами, и, хотя двери были распахнуты, внутрь не попадало достаточно дневного света. Но свечи у статуи Будды горели, создавая атмосферу мистической инициации. Взяв коврик, я подтащила его почти к самому изображению божества. Вернее, конечно же, это не было богом. Буддизм — религия без бога. Будда — это некий миссия, пророк, которому поклоняются, уважая его открытие, сделанное для человечества. И я, поклоняясь, опустилась на коврик, посмотрела некоторое время на золотого идола, прилегла на бок, не отводя глаз от множества огоньков. Растворяя в них мысли, я постепенно ушла в себя и, всё ещё не отпустив Джина в душе и сердце, лежала и лежала, думая о том, как жить здесь дальше, и для чего.

Примечание к части * Ша́мбала — мифическая страна в Тибете или иных окрестных регионах Азии

**город неподалеку от Сеула

Пламя свечей сливалось в мерцающий хоровод факельного шествия, не грея, удаляясь под обманом зрения. Я так глубоко ушла в свои раздумья, что восковые стражи покоя Будды, оплавляющиеся от своего же жара, будто отплывали дальше и дальше. И всё-таки всё находилось на тех же местах, что и было, когда я улеглась здесь. Было бы хорошо почувствовать хоть какое-то тепло, хотя бы и этих огоньков, но подняться и протянуть руку не было желания. Вообще никаких желаний не было, кроме как искупить свою вину перед Джином за то, что всё так завершилось. А ещё мне хотелось избавиться от горечи в груди. Чего-то всё же хотелось.

Я очнулась из этой дремы от голосов, прорвавшихся сквозь пелену моей мысли. Подмерзшая, на коврике, одурманенная немного запахами сандала, гвоздики и каких-то ещё благовоний, я услышала, что возле храма кто-то ходит и переговаривается.

— Она тут! — услышала я шепот Рэпмона кому-то в сторону, но продолжила лежать, не поворачиваясь. Если я подам признаки жизни, то придется разговаривать, подняться… нет сил. Однако шаги приближались, не намереваясь оставлять моё одиночество нетронутым. За мной, нависая сверху, кто-то встал. Хотели убедиться, что я не откинулась? По шевелению грудной клетки видно, что я дышу, можете расслабиться и идти по своим делам. Шуршание одежды сказало мне, что кто-то присел рядом. — Ви, Чимин, Шуга и я беспокоились, потеряв тебя, — это Рэпмон, любитель попытаться обрести ответы на вопросы в храме. Шушуканье в отдалении выдало трех названных, оставшихся на пороге. — Ты это… есть-то пойдешь? — молодой человек устроился на краю коврика и обратился к другим: — Идите! Сейчас догоним! — после некоторых колебаний и пререканий товарищи покинули нас. — Так что?

— Я задерживаю обед, — вспомнила я, но не шелохнулась.

— Да мы уже его приготовили, — Рэпмон вздохнул, не зная, с какой стороны ко мне зайти, чтобы я оживилась. — Ты главное поднимись и иди кушать.

— Я даже гонг не слышала…

— Мы ещё и не долбили в него.

— Не хочу есть, — честно сказала я. В рот ничего не полезет, даже если почую аромат еды.