Книга Поперчить посахаренное, страница 26 – Юлия Чеснокова

— Не буду вам сегодня мешать, — явив им свою спину, он так же плавно, как пришёл, стал уходить.

— И не смей подходить к ней, ясно? — бросил ему вслед Шуга. Джинни погладила его по футболке, успокаивая. Юнги был очень ревнив. Для пожара ему требовалась даже не искра, а наличие спички. Бобби ушёл, ничего не ответив, но настроение Сахарного уже подбрасывалось на волнах ярости. — Это что ещё за гад? Давно вы с ним знакомы?

— Третий день… он пропустил год учебы, восстановился в этом, хотя должен был закончить университет давно.

— Он у меня в травматологии восстанавливаться будет! Часто он к тебе подходит?

— Да не очень… ну, то есть, я его знаю всего три дня и каждый день мы здороваемся и перебрасываемся какими-нибудь не значащими ничего фразами…

— А погулять он с тобой только что захотел? Без каких-либо оснований? Вдруг? — вернул свой пытливый прищур Шуга. Джинни собрала волю в кулак, чтобы не покраснеть.

— Ну… он сидел вчера с нами в столовой, и сказал, что хочет со мной подружиться. Конечно, я сделала из этого вывод, что я ему симпатична… но я не давала поводов ему на что-то претендовать, Юнги, честное слово! — обняла его Джинни, боясь, что парень подумает иное. А что ещё можно было подумать, когда у твоей девушки такие наглые поклонники? Шуга погладил её по волосам.

— Я знаю, Джинни, знаю. Только если он ещё раз подойдёт к тебе — сразу скажи мне, хорошо? Больше он тебя доставать не будет. — Она улыбнулась, кивнув, но про себя поняла, что одно её слово в этом направлении разожжет драку. Ей не хотелось бы, чтобы Шуга дрался. Она себе места не найдёт, даже если он поколотит Бобби, в чем у неё уверенности не было, слишком тот смотрелся здоровым по сравнению с Юнги. И самодовольным. Даже пытаясь не смотреть, она видела, как тот играет в баскетбол, и из этого делала кое-какие выводы. Он сильный. Он ловкий. Он непредсказуемый. И меньше всего ей бы хотелось, чтобы из-за каких-то нелепых приставаний, на которые она никогда не ответит, пострадал бы Юнги.

В холостяцкой квартире было тихо, свежо и пыльно. Скользнув вперед Джинни, Шуга принялся распинывать с их пути обувь, вещи и всякий хлам.

— Прости, мне некогда было прибраться, всё время я потратил на переговоры с Ви.

— Так… он теперь всё знает? — зарделась Джинни.

— Да, но никому не скажет. Это же Тэхён! Он никогда не лезет в чужие дела.

— Хорошо, — пройдя в спальню, где вдоль стен стояло три кровати, девушка подняла с пола листок с рисунком карандашом. На нём была нарисована, очень красиво и удачно, мультипликационная девушка-принцесса с волосами до земли, в светлом платье, струящемся фалдами. Джинни бывала здесь несколько раз, только обычно тут было двое-трое парней. Она знала, где чья постель, и судя по тому, что над постелью Ви были развешены талантливые подобные рисунки, этот тоже сделал он. — Здорово у него получается… а стихи он бросил писать?

— Да нет, он теперь на все руки мастер, — улыбнулся Юнги, потянув её к своей кровати. Джинни положила листок на тумбочку. — Думаешь, почему он на девушек много внимания не обращает? Видишь, придумывает себе несуществующих, идеальных, и мечтает о них.

— Это какое-то детство… я раньше тоже мечтала об идеальных, но повзрослела.

— И свыклась с обыкновенным мной? — побито взглянул на неё исподлобья Шуга.