Книга Ост-Индский вояж, страница 88 – Константин Волошин

— Им не так легко добраться до нас со своих низких судёнышек, да ещё в качку, — ответил Сафрон уверенно.

Капитан бросил матросов на реи и снасти. Корабль делал огромный круг, стараясь уйти по ветру от преследования, растянув пиратов и пощипать их поодиночке. Дождь то усиливался, скрывая вражеские паруса пеленой, то затихал, и тогда легко было увидеть манёвр каждого судна.

Ветер вдруг стих, и большое судно, влекомое течением, стало дрейфовать на юго-запад. Это оказалось под влиянием близких уже островов, что уже виднелись на горизонте, когда дождь на минуту прекращался.

— Что за острова такие низкие? — удивлялся Данил. Он с надеждой всматривался в них, думая, что среди них легко найти убежище.

Сафрон, поняв мысли друга, заметил:

— Там нет для нас спасения, Данилка, — он сам с чувством опасности смотрел на приближающиеся кусты островов, манящих своей свежей зеленью. — Мелкие суда легко пройдут мелководье, а нам придётся сесть на мель. Тогда нам по-настоящему крышка. Пираты нас обязательно захватят.

— Тогда о чём думает капитан!? — возмутился Данил.

— Ветер ослабел, а течение здесь неблагоприятное для судна. Авось пронесёт. Будем уповать на Господа. Интересно, чей Бог окажется сильнее?

— Не богохульствуй, Сафрон! — вскричал Гераська почти в отчаянии.

— Да что там боги? Тут столько разных, что сам чёрт не разберётся, в какого лучше верить! — и Сафрон перекрестился.

Тем временем пиратские суда значительно приблизились, и в тихую погоду их свободно можно было поразить пушечными ядрами или даже картечью.

Налетел довольно сильный шквал, накренил судно и улетел, оставив марсель разорванным и беспомощно трепыхающимся. Матросы тотчас полезли по вантам убирать повреждение и заменять парус, что в таком положении было весьма сомнительно.

Капитан отдал приказ готовить пушечный залп, и канониры засуетились у пушек. Прогрохотала одна пушка, ядро взрыло воду недалеко от носа ближайшей самбуки[3]. В ответ донеслись едва слышные вопли пиратов, дразнивших англичан. Вскоре четыре пушки нестройно рявкнули картечью и на суда пиратов обрушился шквал рубленого железа и свинца. Появились первые убитые и раненые.

— Это должно приободрить наших, — проговорил Данил, не отрываясь взглядом от манёвра пиратских судов. — Сафрон, кажись, они отжимают нас к островам. Ты верно сказал, что они решили загнать нас на мели и там взять.

— А что с другим судном? — спросил тот, оборачиваясь и ища глазами. — Ага! Там идёт жестокая сеча. Трудно разобраться в ней. Далеко очень. Но вроде бы наши держатся. А нам будет хуже. За нами охотится шесть самбук и горабов. А на каждой не менее тридцати пиратов.

— Надо биться, — обречённо молвил Данил. — Привычное дело, но не на море.

Большая самбука вышла к левому борту, пытаясь отвлечь англичан и попытать счастья в абордажном бою. Это могло позволить остальным судам тоже ввязаться в бой и завладеть судном в рукопашной схватке, где у пиратов было большое и неоспоримое преимущество.

Дружный залп пушек снёс с самбуки мачту, сделал пробоину ниже ватерлинии, и судно стало быстро крениться на нос, черпая забортную воду.

Сухие мушкетные выстрелы с английского судна заставили прекратить спасательные работы, и все пираты бросились в лодки. Мест для всех не хватало, началась свалка среди пиратов.