Книга Великолепная Софи, страница 14 – Джорджетт Хейер

У леди Омберсли вырвался горестный, но несвязный протест; зато мистер Ривенхолл вполне прозаично заметил:

— Смею сказать, ты не была столь непреклонна в отношении Чарлбери, когда тебе впервые передали его просьбу позволить ему ухаживать за тобой.

Сесилия сверкнула на брата глазами.

— Я тогда еще не встретила Огастуса.

Логика подобного заявления произвела должное действие на леди Омберсли, но ее сын, похоже, оказался менее впечатлителен.

— Не трать впустую на меня столь высокие порывы, прошу тебя! Ты знакома с молодым Фовнхоупом все свои девятнадцать лет! – возмутился он.

— Но тогда все было совсем иначе.

— Она права, сынок, – постаралась проявить беспристрастность леди Омберсли. – Сесилия говорит сущую правду, Чарльз. Я уверена, он ничем не выделялся в детстве. Самый обыкновенный мальчишка, и даже еще в Оксфорде у него были эти ужасные прыщи. Тогда никто и не предположил бы, в какого замечательного красавца он превратится! Но время, проведенное им в Брюсселе с сэром Чарльзом Стюартом, улучшило его во всех отношениях. Честное слово, я никогда бы и не признала в нем того молодого человека, которого знала раньше.

— Я иногда задавался вопросом, – парировал мистер Ривенхолл, – а сам-то сэр Чарльз когда-либо станет вновь тем же самым человеком, которого все мы знали! И как это леди Латтерворт удается мириться со своей совестью? Ведь это она навязала человеку, состоящему на важной государственной службе, подобного болвана в качестве секретаря. Но пусть она разбирается в этом сама! Нам остается только привилегия знать, что ваш драгоценный Огастус больше не занимает этой должности! Как, впрочем, и всякой другой! – добавил он резко.

— Огастус поэт, – произнесла Сесилия надменно. – Он совершенно не подходит для нудных занятий секретаря посла.

— Не смею этого отрицать, – сказал мистер Ривенхолл. – Но, дорогая моя сестрица, он одинаково не подходит и чтобы содержать жену. И не воображайте, будто я стану поощрять вас, милые дамы, в этом откровенном безумии, ибо предупреждаю вас обеих: я против! И не вводите себя в заблуждение, что вы получите согласие отца на сию крайне неблагоразумную партию, поскольку до тех пор, пока за мной остается право голоса, этого не произойдет!

— Я прекрасно знаю, что в этом доме только у тебя и есть право голоса! – воскликнула Сесилия, крупные слезы покатились по ее щекам. – Надеюсь, когда доведешь меня до отчаяния, ты сможешь от души порадоваться!

По судорожно сжатым челюстям можно было заметить, какие достойные похвалы усилия предпринял мистер Ривенхолл, дабы удержать свой не слишком добродушный нрав под контролем.

Его мать поглядела на него с тревогой, но голос его зазвучал почти пугающе спокойно.

— Моя дорогая сестрица, не могла бы ты проявить ко мне великодушие и оставить эти Челтнемские трагедии до того момента, как я окажусь там, где смогу не слышать всего этого? И прежде, чем ты унесешь маму на волнах тому подобной фанфаронады, разреши мне напомнить тебе, как, будучи слишком далека от того, чтобы считать себя насильно принуждаемой к неприятному для тебя браку, ты выражала полную готовность выслушать то, что сама же сейчас и назвала очень лестным предложением лорда Чарлбери?

Леди Омберсли наклонилась вперед и сочувственно сжала своей ладонью руку Сесилии.