Онлайн книга «Яд Версаля-2»
|
Мои тягостные размышления прервала Мадлен. Она робко положила мне свою черноволосую головку на плечо и несмело коснулась горячей ладошкой груди. Вздохнула. Я уже несколько дней замечал, что жена задумчива и невесела, да всё забывал спросить о причине. И сейчас, как раз, есть время поговорить, а купанье можно и отложить ненадолго. — Мадлен, что с тобой в последнее время? Ты невесёлая, — сразу перешел я к сути, обнимая женщину и крепче прижимая к себе. Да, жарко. Липко. Неприятно. Потерплю. Мадлен замерла и даже перестала дышать. — Ты что-то скрываешь от меня? — насторожился я, косясь на супругу. Женщина осторожно высвободилась из плена моих объятий и села на постели. Начала теребить край тонкого пеньюара. Плохой признак. — Говори, — глухо произнёс я, начиная сердиться. — Эжен… ты бросишь меня… — прошептала женщина. Потом всхлипнула и спрятала густо покрасневшее лицо в узкие ладошки. — Ты что-то натворила?! Признавайся! Хотя не могу понять, как ты умудрилась, на корабле ты постоянно на моих глазах! — воскликнул я, поднимаясь со своего ложа. Выяснять отношения лежа навзничь не очень удобно. — Говори же!!! — Я ничего не натворила после свадьбы… Я натворила до… — Господи… переспала, чтоль, с кем? — пробормотал я, перебирая в голове возможные разновидности «мужских ужасов». — Ты беременна от другого? — В том то и дело, что нет!!! — отчаянно крикнула супруга, заливаясь слезами. — Мадлен, говори уже, хватит меня интриговать!!! — во мне закипала глухая злость. Терпеть не могу женских слёз. Никогда не знаю, как нужно правильно на них реагировать. — Я скажу… Если разведёшься со мной, будешь прав. — вызывающе задрала маленький подбородок женщина. — Я не сказала тебе одной вещи до свадьбы. Я не могу иметь детей, Эжен… Когда я сбежала из Франции, то оказалось, что я беременна от выблядка — мужа. Плод я вытравила. Долго болела. И детей иметь больше не могу… Поэтому, я и пыталась отказаться от брака с тобой, хоть ты мне и понравился. Почти сразу… Кому нужна порченная, бесплодная бабёнка… — Не говори так!! — фыркнул я и начал нервно мерить шагами свою небольшую каюту. — Конечно, новость меня не радует, скрывать не стану… — Ты бросишь меня теперь? — робко спросила Мадлен, дрожащими руками запахивая пеньюар на роскошной тугой груди. Я молчал, остановившись у окна и невидяще уставившись в бескрайнюю морскую даль, которая колыхалась в знойном мареве. И снова ощутил навязчивый запах какой-то серой пыли, что лезла в нос. А, может, так положено пахнуть грудам золота, что лежат в трюме? «Что же делать? Куда податься?» Перед глазами всплыл образ горбуньи Нинон с перекошенным ротиком и с истерзанным свадебным букетом в руках. — Нет, не брошу, — буркнул я, отворачиваясь от окна, ибо полуденный свет сверлил мозг. — У меня есть сын, я тебе говорил… — Да, я помню, — охотно кивнула жена. — Я долго думал о нём и принял решение… — Какое? — Мадлен подняла на меня встревоженные глаза. — Мой сын живёт в Лондоне. Его неродной отец — дряхлый, никчёмный старик, который сделает из мальчика плаксивого рохлю. Поэтому мы отправимся в Англию, и я за мальчика предложу столько золота, сколько захочет маразматик-граф… — А мать ребёнка? — осторожно поинтересовалась жена, пытливо заглядывая мне в зрачки. — Вдруг она будет против? |