Книга Яд Версаля-2, страница 20 – Эрика Грин, Silver Wolf

— А до чего же они ушлые, бестии! — то ли восхищался, то ли возмущался капитан, сидя рядом со мной на корме шлюпки. — Договорились с губернатором, чтобы работало такое правило: если на море спокойно, то рыбаки доставляют товары за деньги, а если лодка вдруг перевернётся, то все товары, которые они достанут из воды, останутся у них бесплатно!

— А лодка может перевернуться? — я боязливо покосилась на лазурные волны, бегущие из-под вёсел наших гребцов.

— Не беспокойтесь, Этель, такого не случится. Мы проведём в Сен-Луи дня два-три, всё к тому времени успокоится.

Дюлери вообще не прислушивался к нашему разговору и, как одержимый, смотрел перед собой в одну точку, лицезря долгожданный берег.

Сен-Луи-дю Форт поразил меня тем, что его ослепительно-белыми и розовыми домиками в два этажа, увитыми зеленью и мелкими розочками, с милыми моему сердцу балкончиками и крашеными в зелёный деревянными жалюзи на окнах оказался невероятно похож на типичный провансальский городок. Впрочем, удивляться было нечему: ведь его строили французские поселенцы. Единственное отличие состояло в том, что на улицах Сен-Луи встречалось много чернокожих. Дюлери не отвлекался даже на них, наслаждаясь возможностью твёрдо ступать по земле без «этой отвратительной качки».

Нас встретил подрядчик французского флота в Сен-Луи, месье де Ришмон, который и оказался губернатором Сенегальской компании. На вид типичный провансалец, подвижный, смуглый и черноволосый, к тому же очень радушный. Он пригласил нас в свой дом на обед. И снова я испытала дежавю, когда увидела во внутреннем дворе белоснежную галерею, почти такую же, как в монастыре, где я провела целых пять лет. Только во дворе вместо цветника росли три пальмы.

Дома у месье де Ришмона нас встретила прекрасная женщина в лёгком светлом платье, похожая на статуэтку, вырезанную из слоновой кости, только чёрной.

— Это моя жена Ариенн, — де Ришмон представил нам хозяйку дома, взглянув на неё с нежностью.

Такого я не ожидала, конечно. Причём, за обедом (надо признать, он был великолепен!) нам прислуживали чёрные рабы, которыми распоряжалась Ариенн.

После обеда мужчины занялись хозяйственными делами, а Ариенн предложила мне прогуляться по улочкам Сен-Луи к побережью. Мне давно хотелось размяться, и я охотно согласилась.

— Я заметила, вас удивило, что губернатор женат на чернокожей? — довольно миролюбиво спросила Ариенн на не совсем правильном французском, раскрывая белый зонтик с кружевами над головой. — Понимаю вас, Этель, во Франции такого не встретить. Но здесь, в Сенегале, многое по-другому. Все французские мужчины-поселенцы женаты на местных женщинах. Да-да, таково распоряжение короля. Никто не имеет права привезти с собой жену из Франции, поэтому здесь и распространены такие браки. Не удивляйтесь, если вас будут рассматривать чёрные: для них белые женщины — это диковинка.

— И как живётся в таком браке? Женщины по своей воле идут замуж за белого господина или их принуждают? — я почему-то вспомнила свой брак с графом и решила, что сама была в положении почти рабыни.

— Бывает по-разному, — ответила Ариенн уклончиво. — Но вообще, конечно, это большая удача для местной женщины. Всяко лучше быть хозяйкой в большом доме с пятидесятью рабами, чем жить в провонявшей рыбой хижине и горбатиться на хлопковой или маисовой плантации или, вообще, быть проданной в Вест-Индию на те же плантации. Мне повезло, я считаю.