Книга Грёзы ангела, страница 38 – Татьяна Ренсинк

Вера засыпала, представляя, как они бродят по городу, о чём говорят. Она будто видела Фредерика перед собой, слышала его, а в какой-то момент будто и почувствовала прикосновение его руки. Вера погладила свою руку, будто любимый гладит её:

— Люблю... Люблю, – прошептала она и за Фредерика, а сон всё больше и больше овладевал сознанием...

Светло, радужно встретила Вера утро, и ничто не могло помешать ей оставаться такой счастливой, как себя ощущала. Как только она прорепетировала одну из арий с Оделией, а та — с ней, как они и привыкли заниматься, Вера закружилась с подругой по комнате, напевая:

Сей поцелуй, дарованный тобой,

Преследует моё воображенье:

И в шуме дня и в тишине ночной

Я чувствую его напечатленье!

Сойдёт ли сон и взор сомкнёт ли мой -

Мне снишься ты, мне снится наслажденье!

Обман исчез, нет счастья! и со мной

Одна любовь, одно изнеможенье.*

— Верочка! – смеялась радостная за подругу Оделия. – Ты влюблена!

— Да! Да! Да! – смеялась заливисто та и встала к окну, тут же увидев прогуливающегося у их дома Фредерика.

— Господи! Какое же счастье ты подарил моей судьбе! Он ждёт! – сложила она руки в молитве и благодарила бога со слезами на глазах.

— Поторопись, милая, – обняла её за плечи Оделия, и Вера не ждала больше.

Она вмиг накинула манто и сбежала к выходу. Остановившись перед зеркалом, Вера на миг взглянула на себя, но времени на большее не было. Глубоко вздохнув, она медленно вышла на улицу и от несмелости сделать ещё шаг остановилась.

Фредерик озарился счастливой улыбкой и подал руку:

— Доброе утро, сударыня гид.

— Доброе, – улыбалась и Вера.

Они ещё некоторое время шли подле друг друга молча, обмениваясь лишь кроткими улыбками.

— Признаться, я счастлив, что у вас не оказалось иных дел.

— Сегодня ночью вернулся папенька Оделии, – сообщила Вера. – Я слышала, как он приехал. Говорят, был не в духе.

— Думаю, о похищении ящика ему уже известно, – предположил Фредерик, став серьёзным. – Боюсь, когда я провожу вас обратно, мы расстанемся на углу.

— Вы боитесь, что он будет строг с вами? Но он же не знает вас, – не понимала беспокойства Вера, но почему-то душа наполнилась волнением и страхом.

— Я не верю в чудо, что гнев сего человека не обрушится на меня. Тем более что при мне находятся некоторые вещи. Полагаю, они как раз из части того, что было в ящике, – прозвучало признание Фредерика, но Вера была уверена в ином:

— Вы гнались за преступниками. Вы не вор, а спаситель. А чудеса... Они бывают и часто. Надо только верить и ждать, – улыбнулась она ему.

— Вы верите в чудеса? – остановился он перед её глазами так близко, что Вера затаила дыхание от мечтаемой близости:

— Да, – прошептала она.

— С вами они случались? – продолжал нежно спрашивать Фредерик, любуясь улыбкой и ласковым взглядом собеседницы.

— Да, – шептала она.

— Расскажите, – будто пьянел от прекрасного слияния взглядов и дыхания Фредерик и взял её руки в свои.

— Вы вернулись,... это чудо, – только произнесла Вера, как их губы сомкнулись в сладком, бережном поцелуе...

* – стихотворение «Поцелуй», Евгений Баратынский.

Глава 30

Уже довольно долгое время одаривали друг друга поцелуями Фредерик и Вера. Прохожие оглядывались: кто с осуждением, кто с радостью за влюблённых. И всё это увидел и пожилой статный человек, только что вышедший из-за угла немецкого театрального дома Гебгардт...