Книга По праву крови, страница 59 – Кирилл Малышев

Мать слегка наклонилась к Олегу и, как-то странно улыбаясь, добавила вполголоса:

— Я было, грешным делом, решила, что Владыка проклял весь наш род. Ты с Владимиром уехал, Ярополк только и делает, что озорничает без конца. Но потом задумалась… Разве послал бы нам Зарог такого доброго друга, как Тимофей Игоревич, если бы не любил нас? Нет! Владыка не делает таких подарков тем, кто у него в опале!

Будто подтверждая свои же слова, она часто закивала.

Олег внимательно посмотрел на неё. Всё было так же, как он помнил: красивые, словно выточенные искусным резчиком, черты лица, большие зелёные глаза, обрамлённые длинными ресницами, аккуратный, чуть вздёрнутый нос, полные, даже по меркам молодых девушек, губы. Красота Рогнеды не померкла с годами.

Но всё же в ней появилось нечто новое. Движения, мимика, осанка – всё казалось каким-то странным, чужим. Взгляд рассеянный, блуждающий. Будто затянутый туманной дымкой. Она словно была не вполне в себе.

Кроме того, Олег не помнил за ней такой набожности. Нет, мать всегда соблюдала традиции и обряды, но чтобы запираться в комнате и молиться неделями – это было для неё ново.

Изменилось и её отношение к быту. Раньше Рогнеда могла высечь сыновей за разбросанные вещи. Ежедневно княгиня устраивала обход их покоев. Служки туда не допускались, сыновьям надлежало поддерживать порядок самостоятельно, и им нередко влетало, если мать замечала бардак. Особенно доставалось Олегу, как старшему из княжичей.

"Порядок в покоях – порядок в голове! Однажды ты станешь князем, и в твоём разуме всё должно быть, как в этой комнате, – на своих местах. Тогда и в государстве будет мир и покой," – любила повторять она.

Олег, конечно же, не слушал.

Чистота в палатах поддерживалась на безупречном уровне – служки, боясь гнева хозяйки, вытирали каждый угол по несколько раз. Теперь же всё изменилось. Судя по всему, на женщину тоже тяжело повлияли события последних месяцев.

Мужчина бережно взял её за руку и участливо посмотрел в глаза:

— Матушка, – тихо произнёс он. – Сегодня я уезжаю.

— Уезжаешь? – Рогнеда удивлённо подняла брови. – Но ты ведь только приехал, разве нет?

— Да, ты права. Но дела требуют чтобы я снова отправился в путь. К началу зимы вернусь.

— Куда тебе нужно ехать?

— В Ханатар.

Рогнеда нахмурилась, слегка наклонила голову, внимательно вглядываясь в лицо сына.

— Зачем тебе в Ханатар? Не лучше ли остаться здесь? – Она указала ладонью на стоящую рядом фигурку Владыки. – Будем вместе молиться за здоровье отца. Молитвы родни ведь самые сильные! Нас уже будет трое – может, тогда Зарог, наконец, услышит их.

Она печально вздохнула.

— Ярополк совсем не хочет молиться. Ты знаешь, иногда я гляжу на него, и он будто окутан темнотой. Густой такой, как туман…

Олег недоумённо взглянул на мать. Её слова казались бессвязной чепухой.

Дмитрий продолжал молча смотреть на брата немигающими глазами, как филин.

— Матушка, – прервал княгиню старший сын. – Я как раз хотел поговорить о Ярополке. Думаю забрать его с собой. Вместе поедем, вместе и вернёмся.

Рогнеда встала. Разгладила на себе помятую рубашку. Сделав несколько шагов, подошла к окну.

— Забирай.

Олег опешил.

— Как? – выдохнул он. – Так просто отпускаешь?

Мать не повернулась. Она стояла у холодного стекла так близко, что на нём оставались следы её дыхания.