Книга Школа лукоморцев, страница 79 – Анастасия Дёмина

— Не тяни кота за хвост! Выкладывай! – повысила голос Жанна.

Никита вздрогнул и запустил пальцы в волосы.

— Только никому, никому об этом ни слова, ладно? – взмолился он. – Это большой секрет, и если мама узнает, что я вам рассказал… – Он поёжился.

— Конечно, мы никому не скажем, – закатила глаза Жанна, – иначе зачем мы вообще всё это затеваем?

— В общем… Слышали про живую и мёртвую воду?

— Католит и анолит? – спросила Катя.

Костя, Никита и Жанна озадаченно на неё посмотрели.

— Это вода, через которую пропустили через электрический ток, – смутившись, девочка потупилась и махнула рукой. – Но ты явно о сказочной воде.

— О ней самой, – кивнул Никита.

— Погоди, – припомнил Костя. – Ты про те сказки, где мёртвая залечивает раны на убитом богатыре, а живая возвращает его к жизни? Как в той, о птичьих братьях, что ты рассказал нам ночью в лесу?

— Ну, они во многих сказках фигурируют, – уточнил Никита. – Но да, о них. Живая и мёртвая вода – это тоже артефакты. Откуда они берутся – чем хотите поклянусь, но я не знаю.

— И что, эта вода правда может залечивать смертельные раны и оживлять? Даже порубленного на кусочки? – с любопытством спросила Жанна.

Никита неопределённо повёл рукой.

— Насчёт порубленного на кусочки – трудно сказать, но живая и мёртвая вода действительно обладают мощнейшими целебными свойствами. Причём мёртвая вода вводит раненого человека в своего рода глубокую кому, чтобы мозг и организм в целом не мешали исцелению, а живая из этой комы выводит.

— Это всё очень интересно, но нам-то что с того? – не выдержал Костя.

— А с того… – начал Никита и оборвал себя. Поколебавшись пару секунд, он всё-таки продолжил: – С того, что сильно разведённая мёртвая вода – это как идеальное снотворное: человека не вырубает мгновенно, его просто начинает клонить в сон, а заснув, его пушкой до самого утра не разбудишь. В буквальном смысле, – добавил он, – можно устраивать под его ухом салют, человек не проснётся. Этим пользовались в годы Великой Отечественной, когда партизанам нужно было отдыхать, чтобы нести службу, но они не могли сами заснуть. Мёртвой водой нельзя злоупотреблять, как и любым сильнодействующим лекарством, но от одного раза точно ничего не будет.

— Так… – сказал Костя, лихорадочно соображая. – То есть нам нужно где-то взять мёртвую воду, развести её с водой, и… как мы заставим всех в лицее её выпить?

— Зачем разводить, когда можно просто капнуть в чай, кисель, компот или что там ещё выставляют на ужин? – предложила Жанна. – Мы все едим и пьём одно и то же: и ученики, и учителя.

— А как же повара? – резонно спросил Костя. – И раздатчицы? И Амина Рашидовна? Вдруг они разольют чай прямо на кухне, а туда нас никто не пустит!

— Они в лицее не ночуют, – ответил ему Никита. – Никогда не обращал внимания, что на первом этаже общежитского каре живут только учителя? Потому что все остальные работники лицея, которые, кстати говоря, почти все – представители семей Магомедовых и Сотниковых, служивших в лицее с момента его основания, живут отдельно. Только их дома, в отличие от Василия, стоят в лесу со стороны школьного каре.

— Амина Рашидовна до прошлого года тоже жила на первом этаже с мужем и мелкими близнецами, – заметила Жанна. – Но где-то в марте они перебрались в их семейный дом, освободив комнаты.