Книга Школа лукоморцев, страница 49 – Анастасия Дёмина

— Я лишь слегка её подпалила, – незлобно огрызнулась Жанна. – Закрасят – и все дела. – Она посмотрела на Костю. – Ты сейчас спать? А то у тебя глаза слипаются.

Костя, успевший умять уху и приступить ко второму, утвердительно замычал с полным ртом хлеба с баклажанной икрой. Вернувшаяся Катя поставила перед ним кружку с жёлтым киселем, а на середину стола – блюдце с пирамидкой из овсяного и сахарного печенья.

— Если проснёшься до четырёх, спустись во внутренний дворик общежития, – предложила Жанна, беря ещё печенье. – Через него выйдешь на территорию. Иди по дорожке прямо, никуда не сворачивая, так дойдёшь до озера. Мы с Катей там будем. Ты же подождёшь, пока Тамерланыч меня гонять будет? – повернулась она к подруге. Катя кивнула. – Чтоб ты один не скучал, а то Никитос в это время будет музицировать. Мы потом тебе лицей покажем.

— Ладно, – кивнул Костя, запив пюре киселём. – Договорились.

Он доел обед как раз вовремя, успев забрать себе последние два печенья. Все четверо вернулись в общежитское каре. Девочки продолжили подниматься по лестнице на третий этаж, а Никита с Костей пошли по коридору второго до своей комнаты имени П. И. Чайковского.

Бросив рюкзак на стул, Никита взял с тумбочки будильник.

— Тебе двух часов хватит? Чтобы ты вечером смог нормально заснуть? – спросил он.

— Да, нормально, – придушенно отозвался Костя, стягивая толстовку.

— Тогда увидимся на ужине.

Взяв со стола небольшую стопку нотных тетрадей, Никита махнул ему и ушёл.

Костя переоделся в футболку и пижамные штаны, опустил тканевые шторы, погрузив комнату в приятный полумрак, снял со своей новой кровати мягкое шерстяное покрывало и, мысленно поблагодарив завхоза, заправившую ему постель, зарылся под тёплое одеяло. Секунда – и он провалился в глухой сон, едва устроившись головой на мягкой подушке, приятно пахнущей лимоном.

Проснулся Костя от настойчивого механического пиканья. Из-за незнакомого звука – дома его будила бабушка, которой не нужен был будильник, она каждый день вставала спозаранку – сердце едва не выпрыгнуло из груди. Костя в панике сел и испуганно заморгал. Первые несколько секунд он не понимал, где находится, но затем память вырвалась из объятий сна, и Костя облегченно выдохнул и потёр глаза.

Он был в Тридевятом лицее, школе для лукоморцев, детей с необычными способностями, названными в честь – или послужившими прототипами – сказочных и былинных персонажей. Сегодня был лишь первый день, а он уже столько узнал… и даже нашёл себе троих друзей. Лицей пока определённо выигрывал по всем параметрам по сравнению с его старой школой.

Костя зевнул. Спать всё ещё хотелось, но Никита был прав: если он проспит до ужина, то потом полночи будет ворочаться. К тому же его разбирало любопытство: что за индивидуальная тренировка была у жар-птицы Жанны, способной вызывать огонь и управлять им. Как там Никита её назвал – пирокинетик?

Приведя себя в порядок в туалете, Костя снова переоделся в джинсы и толстовку и вышел в коридор.

Из окон, выходящих во внутренний двор, падали косые лучи опускающегося к лесу солнца. Отвернувшись от них, чтобы не щуриться всякий раз, попадая в жёлтое пятно света, Костя направился к лестнице, по дороге с интересом читая названия комнат. Они все носили имена выдающихся личностей, хотя и без чёткого разделения по профессии, так Циолковский соседствовал со Львом Толстым, а Суворов с Айвазовским.