Книга Мальн. Духи и Жертвы, страница 81 – Мира Салье

Гелиен сразу догадался, кем был тот мужчина, сидевший прямо на земле. Он неспешно вытянул босые ноги, не касаясь запретных вод.

Гелиен приблизился и сел рядом.

— Зачем ты послал мне видение из своего прошлого?

— Я не посылал, – ответил Манус Мальнсен, даже не повернув головы.

Духи! Он был так похож на короля Рикарда! Неудивительно, что при первой встрече Гелиен принял его за отца.

Однако видеть первого короля мальнов в закатанных до колен штанах и расстегнутой белой рубашке было очень странно. Как и в предыдущий раз, он выглядел вполне реальным: с теми же тонкими чертами лица, длинными светло-русыми волосами и сжатыми в тонкую линию губами – величественный даже в простой одежде. Только голос его доносился словно издалека.

— Значит, посылал ему.

Манус промолчал.

— Почему я здесь? – задал вопрос Гелиен.

— Чтобы понять.

Внутри закипал гнев.

Манус правда надеялся, что его поступку есть оправдание? И Гелиен сможет понять?

— Думаешь, меня волнует, что ты презираешь меня? – Он наконец-то повернулся, и на мгновение Гелиен увидел другого Мануса. Того, кто рос и жил в скромности. Того, кто потом из обычного главы бедной деревеньки превратился в первого мальна и короля. – Меня ненавидели родные сыновья, а затем внуки, вся семья… Так что я научился с этим жить. У меня была любовь нашего народа.

— И тебе этого хватило?

— Нет. Но такова цена за мой выбор.

— Выбор? – разозлился Гелиен. – Ты убийца своего ребенка! Нет, ты куда хуже. Лучше бы убил, но ты же принес его в жертву, превратил в чудовище и обрек на бесконечные нечеловеческие муки. Родного сына и всех его потомков!

— Я и не отрицаю. Но мы проигрывали войну, и эта жертва казалась единственным выходом. Выбор, Гелиен, – голос Мануса изменился, стал жестким и каким-то безмерно древним, – это то, что порой приходится делать королю. То, что скоро будешь должен сделать и ты.

Его живот свело судорогой. И хотя Гелиен не понимал, возможно ли подобное во сне, он продолжал с вызовом глядеть на Мануса.

— Я бы никогда не поступил так с собственным сыном!

— Уверен? – Манус сощурил серо-голубые глаза и изучающе посмотрел на него. – Ты король и несешь ответственность за целый народ. Если вдруг встанет выбор, старший сын или все мальны, что ты сделаешь? Спасешь ли ты тысячи мужчин, женщин и детей в обмен на родную кровь?

Гелиен сглотнул и шумно выдохнул.

— Зачем ты говоришь мне это? У меня нет детей. И уже, наверно, никогда не будет.

— Не спеши хоронить себя.

Манус снова уставился в простор вечерних вод, которые мерцающей пеленой окутывал туман. Рядом прошелестел ветер, приятно коснувшись лица, но ни травинка, ни воды реки не шелохнулись, как и длинные светлые волосы Мануса, в беспорядке лежавшие на плечах.

— Значит, я очнусь? – спросил Гелиен, все еще ощущая тяжесть в животе.

— Да.

— Когда?

— Этого я сказать не могу, время здесь течет иначе.

— Здесь? А где мы? – Гелиен осмотрел утопающие в зелени берега и земли, на которых там, в реальном времени, теперь стоял великий город.

— Везде.

Гелиен сердито поглядел на Мануса.

— Если тебе безразлично, что я думаю, тогда чего ты хочешь?

— Король не может руководствоваться одними лишь чувствами и позволять им брать над собой верх. Однажды король Мальнборна дал эмоциям затуманить рассудок, и это запустило цепочку событий, которые привели нас сюда. В тот день, когда мальны разделились, я понял: история повторится. Всего этого не должно было случиться.