Книга Мальн. Духи и Жертвы, страница 20 – Мира Салье

«Пусть проваливают», – подумал Ларен, напрягшись всем телом.

Увидев это, Финн просто кивнул Гэвану.

Они вернулись к лошадям и вслед за принцем направились в город. Адела ерзала в седле от нетерпения и так крутила головой, что Ларен боялся, как бы она не потянула шею.

Он всем сердцем любил свои земли: бескрайние снежные дюны и голубые ледники у Сапфирового моря, – поэтому к пейзажам Дартхолла, где все, как и в первый визит, цвело и зеленело, остался равнодушен. У Ларена даже пестрело в глазах из-за обилия разноцветных домов и цветов на каждом подоконнике или балкончике.

Отряд двигался по узкому каменному мосту, по бокам которого плескалась вода, удивительно голубая и прозрачная. Казалось, рябь на зеркальной поверхности переливалась всеми цветами радуги. По улицам-каналам скользили десятки разноцветных лодок – главное средство передвижения в речном городе. Находящиеся в них дартхоллцы задирали головы и глазели на иноземных гостей, а жители на суше сразу же расступались с приветственными криками, освобождая дорогу своему принцу.

В ноябре в Дартхолле было не так тепло, как в начале осени, но постоянная влажность досаждала и сейчас. Серо-голубой каменный дворец располагался в самом центре города, и пока они добрались до места, по его спине успела пробежать струйка холодного пота. Ларен совсем не устал, но успел помечтать о горячей ванне и поэтому решил не отказываться пусть даже от короткого отдыха.

Пока их вели по дворцу, Ларен внимательно наблюдал за Аделой. Его немного расстраивало то, что Аланта не вызывала у нее подобных эмоций. Но и сама Адела была хрупким, нежным цветком, не терпящим холодов и морозов. «Ей не место в королевстве вечных снегов».

Ларен и его спутники ступали по сверкающим полам из белого мрамора с голубыми прожилками, разглядывали стены, покрытые гобеленами с изображением озер, цветов и рыб. В первом же зале находился огромный пруд, в который впадало множество ручейков, а на поверхности плавали белые и розовые водяные лилии.

— Там рыбки, – пискнула Адела детским голосом, указывая на пруд.

Ларен, не сдержавшись, улыбнулся.

Где бы они ни проходили, всюду слышалось журчание воды в фонтанах. В воздухе витал сильный цветочный аромат, от которого щекотало в носу, и Ларен часто чихал.

— Через час стража сопроводит вас в зал заседаний, – раздался голос Гэвана, и Ларен осознал, что перед ними раскрыли двери в покои. – А вечером отец устраивает бал в честь гостей Дартхолла.

Отведенные для них покои состояли из большой общей гостиной и четырех спален. Финн позволил Аделе выбрать комнату первой, а затем, кивнув друг другу, мужчины разошлись в противоположные стороны.

Войдя в спальню, Ларен сразу прищурился. Не от солнца – хотя оно тоже довольно ярко светило в окно. Ему подумалось, что эта спальня явно предназначалась для дамы: с перламутровыми стенами и яркой мебелью, розовой софой, заваленной маленькими подушками с рюшами, от вида которых Ларен поморщился.

«Неважно, это всего на одну ночь. Завтра я отправлюсь домой».

Он быстро принял ванну, переоделся в камзол лазурного цвета и вышел в гостиную, где Финн и Адела уже сидели на диване. Друг тоже сменил доспехи на камзол темно-синего оттенка, а на Аделу в великолепном пурпурном платье Ларен старался не смотреть. Она как никто другой вписывалась в эти места.