Книга Мальн. Наследие древних, страница 89 – Мира Салье

Это начало надоедать Гелиену. Воздух вокруг него завибрировал.

— Острый язык тебя когда-нибудь погубит, как и безрассудство нашего общего друга. Поди прочь.

Алвис поднялся с кресла и положил руку на плечо сестры.

— Арэя, идем.

— Она остается, – холодно бросил Гелиен.

— Все нормально, – сказала Арэя, заметив, как брат сжимает и разжимает пальцы свободной руки. – Пожалуйста, Алвис, иди.

Он с трудом сглотнул, убрал ладонь и направился к выходу.

Хлопнула дверь.

Гелиен встал и подошел к жене.

— Вернись в наши покои.

После того разговора в коридоре Арэя больше не появлялась в королевских покоях и старалась вовсе избегать с ним встреч. Когда слуги пришли забрать ее вещи, Гелиену потребовалась вся сила воли, чтобы не сорваться на ни в чем не повинных мальнах. Ему не нужна была грязь в собственном дворце.

— Нет, – ответила Арэя, стараясь выровнить дыхание. Она не боялась его, хоть и чувствовалось, что ей было сложно находиться рядом с ним. И от этого знания у него в груди неприятно засаднило. Гелиен поморщился.

— Мне не нравится, что моя жена спит в чужой постели. Более того, невыносима даже мысль о том, где и с кем ты проводишь ночь.

— Тебе прекрасно известно, что я ночую в покоях матери, – ответила Арэя дерзко, словно бросала ему вызов. – Ты можешь быть королем Мальнборна, но я не твоя королева, не твоя жена. Я – не твоя.

От холодности в бездонной синеве глаз и не меньшей холодности в ее словах узел внутри его натянулся сильнее. Гелиен потер грудь, будто где-то там зияла открытая рана.

Он прошел вокруг Арэи, коснувшись спинки кресла, и натянуто улыбнулся.

— Скажи, тебя устраивает, что твой отец, предатель и убийца королевской семьи, сейчас сидит в темнице, а не развеян по ветру? Что мать, жена предателя, живет во дворце? А брат? Твой драгоценный брат-близнец занимает столь высокую должность и положение? Тебе известно, какая участь положена семье предателя? Они в моей милости только потому, что ты моя королева, моя жена. Ты – моя. Иначе ради чего мне проявлять такую благосклонность?

Арэя оцепенела, даже не моргала.

— Ты угрожаешь мне?

Гелиен наклонился, и она напряглась.

— Это не угроза, а справедливость.

— Ты не можешь меня принудить, – выдохнула Арэя.

— Мог бы, и поверь, это не составило бы труда. Но я даю тебе выбор, – прошептал он ей на ухо.

Арэя вздрогнула, даже подскочила.

— Какой же это выбор? То же принуждение!

— Нет, дорогая, решать тебе. – Гелиен слегка надавил ей на плечи, заставляя сесть. – Если сегодня вечером ты не вернешься в наши покои и не начнешь вести себя как подобает королеве, мне больше незачем будет проявлять благосклонность к предателю и его семье.

— Мерзавец…

Он усмехнулся.

— О, думаю, скоро меня будут называть и похуже.

— Невыносимо видеть тебя таким, – шептала Арэя, – слышать подобные речи.

Гелиен предпочел проигнорировать ее слова.

— Шантажируешь родными, зная о моей способности, – продолжала она.

Арэя любила рисковать и часто переоценивала свои собственные силы. Ее магический щит пробивал даже обычный старейшина. Ей еще многому предстояло обучиться.

— Твоей способности? – Он вновь усмехнулся. – Не льсти себе, любимая.

— Не называй меня так!

— Твой щит для меня не помеха, ты и пяти минут его не удержишь.

На мгновение между ними повисла тишина.