Книга Корона ночи и крови, страница 87 – Мира Салье

— Ты просто под действием яда, – фыркнул он. – Противоядие вывело его из организма. Почти. Это слабые отголоски. Помимо жуткой боли, слюна риньяра вызывает галлюцинации и жар.

— Тогда мне было плохо, а сейчас… так хорошо. – Она скользнула рукой к груди, которая заныла и отяжелела, и начала вырисовывать на коже мелкие круги.

Кэл резко подался вперед и схватил ее за запястье.

— Я сказал, прекрати. – Он сглотнул и поправил одеяло, не давая шелковой ткани полностью открыть обнаженное тело. – Ты все усложняешь.

— В вианском саду ты не хотел прекращать.

Делла потянулась и прошлась кончиками пальцев по его рельефной груди. Кэл вновь схватил ее за руку, но не убрал от себя, а лишь крепко сжал. Он безотрывно смотрел на нее, на ее горло и набухшую там вену.

— Нельзя дразнить зверя в его собственном логове. Ты этого еще не поняла?

— Мне как раз неслыханно везет в играх со зверем. – Она наклонилась и поцеловала его в выступающие стальные мышцы.

Она сошла с ума. В жизни ничего подобного не делала и явно совершала ошибку, за которую потом придется расплачиваться и о которой она завтра пожалеет. Голос разума все больше туманился из-за отравления, но сейчас ей было плевать. Сознание подкидывало непристойные картинки из прочитанных книг. Она и так постоянно испытывала необъяснимое, непреодолимое желание рядом с этим демоном, а теперь яд напрочь убил всякое стеснение. Независимо от обстоятельств, которые вынудили ее отправиться в Риналию, в эту самую минуту она хотела провести ночь с ним. Независимо от того, что в последние дни она не могла решить: мечтала она убежать или оказаться ближе к нему.

Кэл стойко держался – у него даже дыхание не сбилось. Но жилка на виске пульсировала, и это лишь сильнее распалило Деллу.

К Дьяволу!

Она нагнулась и поцеловала его в шею прямо там, где дернулся кадык. Он схватил ее за плечи, сжав так крепко, что она чуть не вскрикнула.

— Ты, возможно, будущая невеста брата. Я забылся, заигрался с тобой и едва не перешел грань.

И тут ее внимание привлекли его глаза. Черные радужки, которые пронизывали красные прожилки, поменялись и налились кровью. О чем же он думал, когда смотрел на нее так, что ощущал?

Видимо, считав ее эмоции, он ответил:

— Все, что касается тебя… Подобного влечения и желания я раньше никогда не испытывал. Ты вызываешь во мне то, чему сложно сопротивляться…

— Но у тебя это хорошо получается.

Делла лизнула его нижнюю губу, а потом прикусила ее, слегка оттянув, и он застонал негромко и протяжно.

— Отнюдь.

— Я еще не дала Эмилиану согласие. Нас ничего не связывает. Не думаю, что он хранит целомудрие.

Его гребаное самообладание наконец дало трещину, в глазах опасно блеснул дикий огонь. Кэллам прислонился к ее лбу своим, замер на одну секунду, а затем зарычал, словно дикое, неуправляемое животное. Казалось, зверь, которого он все это время подавлял внутри, вырывался наружу. Но Делла была рада оказаться рядом.

Осознание, что желание мучает его не меньше, чем ее, опьяняло не хуже ринальского вина.

Он опрокинул ее на спину и придавил сильным телом, впившись в нее нестерпимым поцелуем. Он сминал и терзал ее губы, языком властно исследовал ее рот. Целовал так, словно умирал от голода. Делла шумно охнула, когда он сорвал с нее тонкое шелковое одеяло, отшвырнув его в сторону, и прохладный воздух пробежался по оголенной коже. На миг Кэл отстранился. Он изучал ее полностью обнаженное тело, смотрел на большие груди и плоский живот, жадным взглядом путешествовал по длинным ногам. Он выглядел так, будто перед ним разложили любимое блюдо, которое он желал долгое время, но по каким-то причинам не мог вкусить.