Книга Корона огня и пепла, страница 193 – Мира Салье

— Я думала, Эмиль больше похож на своего приемного отца. – Делла сделала паузу и заглянула ему в глаза, словно пыталась найти в них ответ. – Но, если честно, Корнель, или Элиан… он не показался мне таким, как о нем все говорят. Или мне просто хочется в это верить.

Ее слова врезались в него.

Отец… Элиан Дас'Вэлоу – последний законный король Риналии, которого они с Эмилем более двух столетий считали родным отцом. К тому времени, когда он исчез, ему было без малого восемьсот лет, и большую часть этой жизни он носил корону Риналии. Ходили слухи, что он собственноручно устранил отца, чтобы рано занять трон. Правда это или нет, они с братом не знали. Элиан Дас'Вэлоу не любил лишних вопросов, как и неповиновение. Поэтому несколько веков Кэл старался играть роль примерного сына, преклонять колени и подчиняться. Но и это удавалось далеко не всегда.

— Мне сложно ответить на твой вопрос, Делла. Я знал холодного и жестокого правителя, который особо не отличался от прежних королей Риналии. Он правил и жил согласно традициям, чему учил и нас. В каком-то смысле Элиан Дас'Вэлоу сделал меня похожим на себя: он научил создавать множество масок и прятать все свои чувства за ними, показал, как действовать стратегически и жестоко расправляться с врагами. Поэтому я в таком же замешательстве, как и ты.

Вероятно, если представится шанс, он выслушает историю приемного отца и узнает, чем или кем были вызваны такие перемены. Кэл и сам убил больше, чем мог сосчитать. Кровь врагов и соплеменников, запятнавшую руки и душу, ему никогда не отмыть. Но однажды он выбрал иной путь. Не исключено, что после смерти Элиан Дас'Вэлоу принял схожее решение.

— Так куда мы идем? – спросила Делла.

Ее взгляд задержался на скале, с которой она совсем недавно совершила прыжок, а затем посмотрела на логово риньяров, куда эта сумасшедшая женщина вошла в одиночестве. На лице у нее появилась знакомая маска хладнокровия.

Место, где она похоронила свои страхи.

— В пещерах, где я прятался в детстве, есть один беспросветный грот. Его почему-то всегда обходили стороной ринальские светлячки. Каждый раз, когда я его исследовал, Гэврил скалился и рычал, словно просил покинуть проклятое место. И я чувствовал его злость и тревогу.

Внезапный хруст ветвей позади заставил его замолчать.

Будто почуяв их присутствие, Ами и Гэврил опустились на землю. Они пронзительно кричали и взмахивали крыльями, радуясь хозяевам.

Он сдержал обещание: немедленно освободил риньяров из клеток и отправил в Риналию. К его удивлению, Эмилиан не возражал и даже не пытался помешать. Видимо, к тому моменту брат всего-навсего потерял интерес к ринальским зверушкам и сосредоточился на главной цели – браке с Деллой.

Кэлу было адски больно вспоминать о том, что пережил Гэврил. Этот зверь – его друг, частичка его души. И то, как в аду риньяр смотрел на него огромными красными глазами, словно понимая, что больше не нужен хозяину, вонзало клинок вины в самое сердце.

— Привет, милая. – Делла погладила Ами, и та издала сдавленный крик.

Кэллам же приблизился к Гэврилу и прижался к его лбу своим.

— Прости меня, – беззвучно прошептал он, и урчание питомца отозвалось в каждой клеточке его тела. Кэл погладил его по макушке, и Гэврил, немного отстранившись, пристально посмотрел на хозяина, а потом шершавым языком лизнул его руку в знак примирения.