Книга Корона огня и пепла, страница 136 – Мира Салье

Зрелище поистине устрашало.

Кэллам пригвоздил демонов к стене металлическими крючками для полотенец, где и оставил их корчиться от боли и умирать медленной смертью. Их глаза и глотки были вырваны, а окровавленные останки валялись прямо под телами. По гладким мраморным плиткам растекались темно-бордовые сгустки.

Однако Делла при виде этого даже не вздрогнула – давно поняла, кем был ее муж, почему придворные Риналии падали на колени, бояcь взглянуть в глаза демону с огненным мечом в руках, с которого стекала кровь его врагов.

«Меня не просто так прозвали Карателем», – вспомнила она его давние слова. Этот мужчина жил во тьме и крови, но не был им рад.

— Я не ждал тебя, Делла, – прохрипел он, не оборачиваясь.

— Да уж. Зато демоницы в твоей постели ждали.

— Веришь или нет, мне было не до развлечений.

— Хорошо. Я их выставила.

— Просто выставила? Как ты там однажды сказала: «Я придушу всех потаскух, что найду в постели мужа, а потом придушу и его самого»? – процитировал ее Кэл, продолжая смотреть в окровавленный таз. Этот демон обладал многими способностями, и среди них было умение шутить даже в те моменты, когда судьба пыталась свести его с ума.

— Я решила, что смертей на сегодня достаточно.

Делла тяжело сглотнула, желая забыть, каково это – убивать невинную душу. Желая забыть вкус крови. Тот самый вкус, которым она будет грезить на протяжении долгой бессмертной жизни ринальца.

Пугала ли ее мысль жить сотни и сотни лет? Нисколько. Во многом потому, что она наконец чувствовала себя полноценным ринальцем. Находилась на своем месте, несмотря на мирийскую сущность, которая позволяла ей безболезненно выносить свет.

Кэллам повел рукой, и тела демонов, как и все следы кровавой бойни, вмиг исчезли.

— Повернись, – приказала Делла.

— Или что? Метнешь мне в спину столовый нож? Снова.

Вот нахал! Как он вообще узнал, что у нее с собой нож?

— Тебе лучше уйти. Сейчас я немного не в себе. – Кэл сильнее склонился над тазом; его руки были напряжены и слегка дрожали.

— Я никуда не уйду.

— Я серьезно, Делла. Я слышу, как кровь бежит у тебя по венам. И с трудом… контролирую себя.

— Я тоже.

Наконец, он повернулся и встретился с ней взглядом. Его радужки и даже белки́ налились густой краснотой. По уголкам губ стекали алые струйки.

То, что нужно.

Кэллам втянул запах ее крови и хищно оскалился, обнажив острые, удлинившиеся клыки. Казалось, он находился во власти дикого голода, как тогда, на окраине Багрового леса, когда вобрал в себя слишком много крови и им двигали лишь животные инстинкты. Но какими-то сверхъестественными силами сейчас он пытался контролировать их.

Его взгляд скользнул к ее губам, к груди и медленно, мучительно медленно опустился вниз.

— Ты возбуждена. Понимаю. Первые часы после ритуала ты горишь изнутри. Дальше будет легче, но ненамного.

Воспользовавшись состоянием Кэла, Делла пропустила через себя все возникшее желание. Он снова втянул носом воздух и раздул ноздри.

— Тебе лучше уйти.

— Или что? – повторила она его недавние слова и, не выпуская из руки нож, сбросила на пол праздничный наряд, под которым у нее ничего не было. Потом перешагнула через платье и направилась к ванне размером с небольшой пруд, как и в ринальских королевских покоях. У нее за спиной раздалось низкое рычание, отчего по телу побежали приятные мурашки. Именно так звучал самый настоящий соблазн.