Книга Непокорные, страница 96 – Брендон Сандерсон

Он извлек лист плотной бумаги и улыбнулся.

— Что это? – спросила я.

— Официальное согласие киценов на заключение союза и вступление в войну на нашей стороне. – Он повернул лист, показывая мне вычурные письмена и рисунки. – Они предупреждали. Видимо, на их планете любят вставлять такие вещи в рамочку.

Скад! Я любила этих пушистых маленьких маньяков. И гордилась тем, что сражаюсь вместе с ними. Но только…

— Что-то скверное, да? – спросила я, увидев новое выражение лица Йоргена.

Он кивнул, махнув рукой в сторону звездных карт и бумаг со сведениями о войсках на столе.

— Винзик стягивает свои силы к Вечеропесне. Это старая платформа, переделанная в коммуникационный узел.

Я уже узнала об этом месте из базы данных.

— Йорген, это там держат слизней! – сказала я, вставая из-за стола. – Большинство тейниксов, которых не применяют в качестве гипердвигателей. И всех слизней-связных.

— Это самая мощная крепость во всем Верховенстве, – добавил Йорген.

— Да, – сказала я. И после краткой паузы заявила: – Мы должны ударить по ней.

— Что?

— Враги собираются бросить против нас все, что у них есть, так? – сказала я. – Нельзя допустить, чтобы поле боя выбирали они. У нас есть две планеты, которые нужно защищать, Вечноберег и РеДаун. А Россыпь – одна. Где бы мы ее ни разместили, противник ударит по другой планете, нападет на ее жителей в отместку за наше восстание. У нас недостаточно сил, чтобы защитить обе планеты. Значит, нужно перейти в наступление. Верховенство собирает свои войска, и ему потребуется не один день, чтобы управиться с этим. – Я пожала плечами. – Мы должны ударить первыми. Только это даст нам шанс.

— Это безумие, – сказал Йорген.

— Безумие – отличная штука, – сказала я. – Признак храбрости и решительности. Мы давно знаем о главной слабости врага – и ограничиваемся разговорами.

— Они были вынуждены сосредоточить высокотехнологичные системы в нескольких местах, – сказал он, – чтобы их секреты не вышли наружу.

— В этом центре связи содержится много важных слизней, – сказала я. – Если мы освободим их… что станет с Верховенством? Мы должны сделать это! Сейчас же! Этой ночью!

— Спенса, – сказал он, – мы оказались в таком невыгодном положении потому, что бросались в бой очертя голову. Нам нужно время, чтобы составить план.

— Но каждый час нашего ожидания позволит противнику собрать еще больше сил! – Я шагнула к Йоргену. – Мы можем прорваться и спасти слизней. Видишь, как враги паникуют из-за потери подъемных камней? А представь, что будет, если они лишатся связи! Скад! Что, если они не смогут совершать гиперпрыжки? Или задерживать нас ингибиторным полем? Что, если мы отнимем у них всех слизней?!

— По нашим сведениям, Верховенство не держит всех слизней на этой станции, – возразил Йорген. – Лишь большую часть связных и многих других, которые сейчас не используются.

— Да, но оно не бережет слизней, – сказала я. – Заставляет их работать на износ. Если мы захватим резерв, это будет сильнейший удар по боеспособности! Врагам придется снять слизней с основных маршрутов! Они сильно потеряют в мобильности! К тому же Вечеропесня – центральный узел связи. Ты же слышал, что говорил Куна. Если мы захватим его, враги не смогут передавать и принимать информацию. Им придется воевать с завязанными глазами. От такой возможности у любого генерала былых времен потекли бы слюнки! Мы должны ударить по врагу сейчас, прежде чем он поумнеет и поймет, что сохранение в тайне существования тейниксов и их концентрация в ключевых местах приглашают противника к нападению!