Книга Непокорные, страница 86 – Брендон Сандерсон

Хотя я уже много раз слышала историю о нашем происхождении, она до сих пор исторгала из меня слезы. Слов Бабули было почти достаточно, чтобы развеять мое уныние. И пусть она изъяснялась в неповторимой найтшейдовской манере, ее речь подействовала на наших союзников. Кицены удовлетворились обещанием. Остальные, похоже, успокоились и приободрились.

Еще один кризис имени Спенсы был разрешен. Скад! Эта речь не понадобилась бы, если бы я не заставила всех паниковать из-за того факта, что люди действуют хаотично. Сияние слов Бабули померкло, и меня снова придавил груз моих ошибок.

Йорген поблагодарил Бабулю, потом обратился к присутствующим:

— Мы можем приспособиться к новой тактике врагов. На наше счастье, Винзику потребуется время, чтобы подготовить свои силы. Я предлагаю встретиться с экспертами, обсудить полученную нами информацию и вновь собраться сегодня вечером. В двадцать ноль-ноль по местному времени, чтобы поделиться идеями, идет?

Остальные согласились и начали расходиться, а я метнулась к двери, не ответив Киммалин, предложившей позавтракать вместе. Я не хотела ни нового спора с Йоргеном, ни встречи с друзьями. Я хотела побыть одна.

Я все больше убеждалась, что так и надо.

Я сразу отправилась в постель. Спала беспокойно, но хотя бы без странных кошмаров и цитонических видений. Просто ворочалась на койке, то задремывая, то просыпаясь.

После полуночной миссии я была измотана, так что проснулась далеко за полдень. И немедленно отправилась на долгую тренировку. Беговая дорожка, растяжка, гантели. Я надеялась, что привычная рутина и работа над своим телом ослабят страх и тревогу. Но нет, не сегодня. Мое подсознание понимало, что я пытаюсь отвлечь его, и не откликалось на эту ерунду.

После душа и еды я разобралась с сообщениями на настенном экране в своей комнате и стала ждать вызова на совещание, о котором говорил Йорген. Раньше просто появлялась там – Йорген не всегда отправлял мне приглашение, потому что ожидалось, что я буду присутствовать. Назначенное время приближалось, а я не знала, исключили меня или нет.

Я откинулась на спинку кровати, почесывая Погибель, у которой была кроватка рядом с моей. Она почувствовала мое настроение и не стала ничего говорить.

Зная Хешо, можно было легко предположить, что он сейчас несет стражу у моей двери. Он делал это почти каждый день. Это была одна из обязанностей Изгнанника-в-маске, добровольно взятых им на себя. Я могла бы поболтать с ним, но не хотела ни с кем разговаривать. Я хотела побыть одна.

Когда ты в таком настроении, друзья, способные влезть тебе в голову, становятся очень неудобными, в прямом смысле слова.

«Эй, – сказал М-Бот, – с делверами что-то происходит. Они начинают волноваться».

— Ты в опасности? – спросила я.

«Возможно. Но я постоянно в опасности, поэтому кто знает? Они уничтожат меня, если смогут, но, очевидно, боятся тебя. Может быть, даже меня боятся немного. Хотел бы я знать почему».

— Я кое-что знаю, – сказала я, улегшись на кровать и глядя в потолок. – После того как ты пожертвовал собой и позволил мне сбежать в световспышку, они попытались… не знаю, как сказать. Раздавить меня? Разорвать мою душу. Однако объединение с Четом кое-что мне показало. Он испытывал боль, и мой жизненный опыт позволил ему преодолеть ее. В свою очередь, мне нужно было осознать «нигде» – и делверов, которое оно могло предоставить. Поэтому, когда делверы коснулись меня, они изведали боль.