Книга Непокорные, страница 153 – Брендон Сандерсон

— Тот… э-э… судя по всему, гигантский космический червь? – уточнила Каури.

— Он самый, – сказал Артуро. – Смотрите, чтобы вас не съели. Сообщайте о ходе выполнения задачи.

— Вас поняла, – подтвердила Киммалин.

То же самое сказала и Каури, после чего передала распоряжение своей команде. Как обычно, корабль киценов последовал за Киммалин, когда та заложила крутой вираж, направляясь к периферии боевого пространства. Она могла следить за картиной боя по вспышкам деструкторов в бескрайней пустоте – прежде всего по ярким и четким полосам света, исходившим от эсминцев и артиллерийских кораблей.

— О-о-о! – протянул Счастливчик, когда они пошли по границе и гравикомы стали хуже смягчать перегрузки.

Гиперслизню всегда нравились такие виражи, для него они были аттракционом. Ингибиторный слизень, размером меньше Счастливчика, просто сидел, придавленный перегрузкой, и молчал. Их присутствие ободряло Киммалин, хотя сейчас Счастливчик не смог бы совершить гиперпрыжок и перенестись вместе с кораблем в безопасное место.

Киммалин и «Плывущий» крались вдоль границы боевого пространства. Она пыталась сосредоточиться на поставленной задаче, а не на сражении в целом. Это было трудно: она видела, как враг переходит в наступление – истребители пытались окружить «Непокорный». Ее друзья не имели возможности продвигаться вперед, и они, вынужденные защищать флагман, до сих пор не уничтожили ни одну ингибиторную станцию. Мощные щиты «Непокорного» могли выдержать выстрелы линкоров, но не скоординированный удар ИМИ от истребителей. Выход щитов из строя означал катастрофу.

Тем не менее это изменение тактики заставило противников отвлечься. Враги сосредоточились на своих перестроениях, и Киммалин с «Плывущим» смогли приблизиться к ингибиторной станции – треугольному куску металла со шпилями сверху и снизу, одиноко плававшему в космосе. Размерами станция немного уступала звездолету. Судя по показаниям приборов, там имелась базовая система жизнеобеспечения.

— О-о-о! – повторил Счастливчик, на этот раз печально.

— Думаешь о слизне, который там заперт? – спросила Киммалин.

— Заперт, – подтверждающе пропел Счастливчик.

— Ужасная жизнь, – сказала Киммалин. – Его просто оставили одного в ящике, чтобы он тут висел… Ладно, посмотрим, что можно сделать.

К сожалению, здесь присутствовало еще кое-что: космический червь такой величины, что ее мозг даже не мог прикинуть длину и пропорции. Киммалин сразу поняла, что это гигант, но, по мере того как она приближалась, червь делался все больше. Стал размером с истребитель, потом с артиллерийский корабль и, наконец, с эсминец.

— Легенды рассказывают о подобных чудовищах, – сказала Каури. – О свирепых зверях, с которыми сталкивались древние самураи, искатели приключений. Сражаясь с этими монстрами, они подвергали свою душу опасности.

— Я почти уверена, что Святой убил одного из них, – сказала Киммалин. – Правда, Святой свидетель называл его словом «черф». Я никогда не понимала, в чем разница. До этого дня.

— А я и сейчас не понимаю.

— Ну, – сказала Киммалин, – иной зверь наделен такими необычайными свойствами, что имеющихся звуков недостаточно. Когда пьяный неправильно пишет слова, это неудивительно, но когда это сделал святейший писец, понимаешь: тут что-то не так.