Книга Обидеть ведьму может каждый, или клочки по закоулочкам, страница 8 – Светлана Калинникова

— Да, вроде ничего не пропало — чего тебя тревожить?

Сомнений не было — Славик украл мой дар. Больше некому. В Трибунале ему совсем ничего не светило, вот он его и стащил. Негодяй? Нет. Негодяй в квадрате.

Похищение дара — наказуемое Магическим кодексом деяние. Дар для колдовского люда — это очень серьезно. Через него потомственным колдунам и колдуньям переходят их магические способности. Его передача навсегда зафиксирована в свидетельстве магических способностей, и все регистрируется в Реестре магических лиц. Этой броши не два и не три века, даже сказать страшно — сколько там лет набежало. Она старше некоторых городов. Столько моих прародительниц держали ее в руках, сохранили для последующих поколений ведьм и колдунов, и только я так опозорилась — утратила дар.

Итак, помимо подлого поступка Славика, я имею две проблемы: объяснение Общине ведьм в связи пропажей дара и заявление об этом факте в Трибунале, где все еще рассматривается заявление мужа.

Завтра мне на работу, поэтому я позвонила в Общину и запросила срочную встречу хоть с кем-то из ведьм. О консультации со Старшей ведьмой я и не мечтала, но мне хоть тут повезло. Секретарь сказала, что меня готова принять Дольская Дарья Сергеевна.

Дольская нравится многим — молодая для Общины, ей нет сорока лет, очень общительная, с чувством юмора. Очень грамотная ведьма, из истинных — ей дар не передавался, просто посчастливилось родиться ведьмой.

Когда на ежегодных шабашах проводились семинары, я любила именно ее занятия. Она единственная, кто объяснил, что взаимодействие ведьмы и другой нечисти возможно и даже выгодно. Оказалось, что, помимо классического «набора» — ведьма, ведьмин кот и домовой, у нее живет в доме «злыдень». Раньше такое и вообразить было невозможно. Говорили, что она с первого раза нашла цветок папоротника, что, в общем-то, тоже считается почти нереальным. Ведьмы его каждый год ищут, иногда по лет пять подряд, а то и больше.

Я быстренько заглотила кусок пиццы, едва дождавшись доставки — тепленькая, с тянущимся сыром и острой колбаской, запила ее теплым чаем. Ммм, вкусно-то как. Чуть-чуть подкрутила кончики волос, на моем каре это много времени не заняло, и отправилась в Общину.

Машинка моя — «хендайчик» — стояла целую неделю как сиротка. Я села, вставила ключ — завелась, моя хорошая, не разрядилась. Была у меня такая ситуация, аккумулятор-то не новый уже.

Наша Община находилась на окраине Лесовска. Недалеко лес, кругом деревья, воздух такой — красота просто.

Дольская ждала меня в кабинете.

— Ну, проходите, Ульяна Михайловна, проходите. — Дольская заварила пузатый чайник. Высокой сознательности человек — уважает себя. Я на работе только пакетированным чаем балуюсь.

Она усадила меня за стол и с улыбкой сказала, что предложила бы кофе — да не держит у себя.

После обмена любезностями, она спросила, что меня привело в Общину так срочно.

— У меня похитили дар, переданный бабушкой, — сказала я. Я поведала ей обо всей канители с разводом и разделом имущества, о дурацком споре в Трибунале по поводу моей бесценной броши, об отравлении и встрече с мужем после больницы.

— И после слов «недолго тебе осталось» вы пришли к выводу о том, что это именно муж вас отравил и похитил дар?