Книга Обидеть ведьму может каждый, или клочки по закоулочкам, страница 59 – Светлана Калинникова

«Вот же урод», — подумала я, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Какая была дура! Боже, как надо было так пасть! Тапки не приносила, но любила очень…

— Давай его скинем? — предложила я, уже не в силах сдерживать гнев.

— Давай! — согласилась Агата, и в ее голосе тоже звучала решимость. — Раз... два...

На счет три мы одновременно отпустили его, и Славик полетел вниз. А потом, стремительно пикируя, мы подхватили этого мерзавца и снова понеслись к лесу. Яр пересел на мою метлу.

Навстречу нам пронеслись два колдуна, распевавшие:

— Кроме бархатного мрака

Он не видел ничего!

Упыри да вурдалаки

Сотоварищи его!

Они не попадали в ноты, но орали от души. Драйвово, другого слова и не подберу. А потом, обернувшись, крикнули:

— Эй, парень, помощь нужна?

В этот момент Агата подала мне знак развернуться. Мы приблизились к этим, мягко говоря, нетрезвым колдунам. Агата, с озорной улыбкой, продемонстрировала им свою ногу с подвязкой и произнесла:

— Ребята, мы очень торопимся. Какая помощь? Он же молод, справится сам.

Колдуны посмеялись, отпустили пошленькие шуточки и продолжили свой путь.

А у меня захватило дух от вида ночного леса.

Казалось, что из темноты на тебя смотрят чьи-то глаза, что за деревьями таится нечто, чего лучше не знать. Его красота была и в тишине, и в шорохе, и в тяжелом уханье птиц, и в игре лунного света, и в причудливо извивающихся ветвях деревьев, в аромате увядающей природы. Но эта же тишина, эта же темнота порождала чувство тревоги, ощущение присутствия чего-то неведомого и могущественного. В лесу, даже осенью и зимой, за тобой всегда кто-то наблюдает — ночью и днем. В таинстве лесных чащ нет исключений.

Это было одновременно завораживающее и пугающее зрелище. Как в страшных сказках Гауфа.

Когда мы добрались до леса, нас уже ждал Сумеря. Это был ночной гость Кузькиной матери. Зрелище было не из приятных: злобный, дрожащий старик в истлевшем, грязном плаще, черных штанах и рубахе, стянутой грубой веревкой. За спиной у Семери болталась котомка. Он прибыл из соседней области, по ее зову. Впрочем, меня это уже не удивляло. У Агаты, кажется, знакомства повсюду. Порой мне кажется, что она знает всех обитателей потустороннего мира и добрую половину города, а весь город и вся нечисть в нашей стране, в свою очередь, знают ее. И, разумеется, все они ей чем-то обязаны. Неужели и мне предстоит пополнить этот список должников? Если она поможет, то почему и нет? Нужно уметь быть благодарной.

Мы приземлились с Агатой на небольшой поляне, словно затерянной в лесной чаще. Тут были три старых, замшелых пня, словно стражи этого места. Рядом с ними лежало массивное бревно, которое, без сомнения, служило излюбленным местом отдыха для обитателей леса — лешего и его шумных друзей. Пожухлая трава и опавшие листья были примяты, а в центре поляны виднелись следы недавнего костра, словно здесь собирались для своих тайных встреч. Это было место, где, казалось, встречалась, а может «отжигала» вся лесная нечисть.

Мы сбросили на землю Клочкова. Честно говоря, руки устали.

Он свалился как мешок. Славик лежал на земле и стонал. Сдается мне больше от унижения, чем от боли. «Тварь, какая тварь. Тварь бездарная. Когда же твои силы иссякнут… Связалась еще и с нечистью, с… кой престарелой», — бормотал он, катаясь с боку на бок.