Книга Проклятый охотник: найти ведьму Пустоши, страница 58 – Елена Эйхен

Он вскочил. Пальцы вытянулись, изогнулись — в когти.

Я отпрянула, инстинктивно вскинув руки.

Защита! Щит!

Слишком поздно.

Он уже завалил меня на пол — лёгкий, как перо, и сильный, как тигр.

Тонкая рука вцепилась в моё предплечье, выше локтя. Острая, обжигающая боль пронзила мышцу. Я вскрикнула, отпихивая его магическим толчком.

Он отлетел к стене, ударился с глухим стуком и зашипел.

Ужас и боль подстегнули меня.

Пока он поднимался, готовясь к новому прыжку, я подскочила на ноги и метнулась к выходу. Выскочив в коридор, захлопнула дверь и, не думая, запечатала её наспех сгустком магии. Не оглядываясь, бросилась бежать.

Вверх по лестнице. По коридору. В кабинет.

Кровь тёплой струйкой стекала по предплечью, пропитывая рукав, капая на холодный камень. С каждым шагом боль пульсировала всё сильнее, отзываясь в висках вместе с бешено стучащим сердцем.

В кабинете, дрожа, я прижала ладонь к ране.

Не ребёнок... чудовище. Что-то сломанное. Проклятое.

Тепло целительной магии рванулось к повреждённым тканям, но... удалось лишь остановить кровь.

Казалось, рана была отравлена. Я чувствовала внутри что-то чужое — холодное, живое, пульсирующее в глубине. На руке выше локтя зияла рваная язва. Кожа вокруг потемнела, покрылась синяком и странными тонкими прожилками, расходящимися под кожей, как чёрные нити.

Я туго замотала руку обрывком чистой ткани, что всегда носила с собой, и спрятала под рукав. И только тогда осознала: я не помню, заперла ли дверь в запретное крыло.

Надо бы вернуться. Проверить.

Но слабость накатила внезапной, тяжёлой волной.

Я опустилась на софу, почти падая, и в следующую секунду провалилась в беспамятство — туда, где алые глаза, боль и ужас смешивались с солёным привкусом моря и запахом вишни.

* * *

Резкий свет ворвался в кабинет, разорвав сон в клочья.

Я вскочила — сердце затрепыхалось, страх мгновенно вытрезвил до глубины костей.

Дверь из спальни была распахнута.

В проёме стоял хозяин.

Одетый в чёрное, безупречный, как всегда. Лицо — каменная маска. Но глаза… Эти ледяные, пронизывающие глаза скользнули по мне — по растрёпанным волосам, по мятой одежде, по дивану, на котором я только что спала.

Я потёрла руку, под рукавом которой пряталась повязка, а затем опустила глаза и вздрогнула. На полу темнело засохшее пятнышко крови.

Прикрыла его ногой.

Хозяин шагнул внутрь.

Мысли метались, как птицы в клетке, а дыхание стало рваным — воздуха катастрофически не хватало.

Неужели… он меня поймал?

— Не кажется ли тебе, служанка, что ты слишком… расслабилась?

Я опустила взгляд, вцепившись глазами в узоры ковра. Щёки жгло от стыда и страха. Что он имел в виду? Голос звучал лениво, почти насмешливо — будто он играл со мной, как кошка с мышью.

Я сжала волю в кулак, стараясь, чтобы голос не дрогнул:

— Простите, хозяин. Я… просто устала. Вчера…

Договорить не смогла. Воспоминание об алом аде перекрыло дыхание. Молчание затянулось.

— Сегодня снова обед в Красной столовой, — произнёс он наконец.

У меня подогнулись колени. Опять? После вчерашнего? Я едва не застонала.

— Собирайся. Оливия принесёт тебе чистую форму.

— Да, хозяин.

Он и вправду не заметил моей ночной прогулки? Или делает вид? Радость вспыхнула — и тут же угасла при мысли, куда мне предстоит вернуться.