Книга Дикий. В твоём плену, страница 79 – Лана Светлая

Пытаюсь принять эту новость, но никак не получается.

Моя мама и оборотень!

И я живое доказательство их связи!

То есть во мне течёт кровь оборотней?

— Ну так давай я расскажу, раз ты так хочешь, – начинает добивать меня мама просто с каким-то садистским удовольствием. – Он два месяца клялся мне в любви. Тоже наивно рассуждал о мире. И я, дура, даже поверила ему. Сказала, что забеременела от него и рассказала, что ведьма. Он сначала не поверил. Смеялся, думая, что я так шучу. Тогда сняла защиту со своей силы, чтобы он почувствовал, что я действительно ведьма. И что он сделал? Твой папаша не смог обуздать зверя, обернулся и бросился на меня.

Она пожимает небрежно плечами, усмехаясь.

— И мои розовые очки окончательно разбились, Леся.

— Ты… убила его, – это даже не вопрос.

— Конечно. Правда, не в тот день.

— Почему не в тот? – я не знаю почему, но мне кажется это важным.

И я жду, но она упрямо молчит, взглядом давая понять, что больше никаких откровений не будет.

— Потому что он убежал, – спокойно поясняет Веда, когда молчание затягивается. – Он повалил твою мать на землю, постоял над ней минуту, рыча, а потом отступил и убежал.

Не передать словами, какое я в этот миг испытала облегчение.

— Значит… он всё-таки остановился. Зверь остановился, мам. Разве для тебя это не стало доказательством, что, может, всё получится.

И тут у меня словно по какому-то щелчку наконец-то вся картинка в голове складывается.

— Вы про это тогда говорили? – на выдохе, резко поворачивая голову в сторону Веды. – Мы говорили об уроке. Про доверие и про веру, кажется… А потом вы упомянули маму… Это был её урок, да?

— Да. Я была недалеко и всё видела. И после того, как зверь убежал, я попыталась объяснить твоей матери, что им просто нужно время. Твой отец дал им это время, всё-таки взяв контроль над своим зверем и сбежав. А твоя мать этого так необходимого им обоим времени… не дала. Она нашла его через несколько дней и убила.

Волна тошноты подступает к горлу.

Я даже руку кладу на шею, словно пытаясь остановить рвотный рефлекс, который вот-вот произойдёт. Закрывая глаза, тяжело дышу через рот.

Что-то мешает мне на щеках. И я провожу рукой, пытаясь смахнуть.

А когда чувствую влагу, только тогда понимаю, что это… слёзы.

— Все эти слова про время, – закатывая глаза и хмыкая, презрительно говорит она, – это просто бред. Мне что, нужно было ждать того момента, когда он всё-таки не совладал бы со зверем и не разорвал бы мне горло? Нет, спасибо. Я не собиралась так рисковать.

— Мам… это не оборотни звери и чудовища, как ты говоришь, – сипло, медленно поднимая веки. – Это ты самое настоящее чудовище.

Почему мне кажется, что я сейчас смотрю на неё с такой же ненавистью, как и она на меня.

— А зачем было его убивать? – внутри всё начинает покрываться коркой льда. – Почему ты просто не исчезла из его жизни?

И снова она молчит.

И снова за неё отвечает Веда.

— Чтобы никто не узнал, что оборотень и ведьма могут стать истинными. Ведь если бы об этом узнали с обеих сторон, уже бы тогда начались шаги, пусть и маленькие, в сторону мирного сосуществования, – старушка печально вздыхает. – Так что ответ прост. Убила, потому что она выбрала войну, а не мир.

Глава 39

Выражение лица матери после слов Веды абсолютно невозмутимое. В глазах ни единой капли сомнения в правильности выбранного ею жизненного пути.