Книга Дикий. В твоём плену, страница 63 – Лана Светлая

— То же самое, только в квадрате, – с силой тру пальцами руки глаза. – Леся, она… это словно не она, – матерюсь в голос, тяжело дыша и открывая глаза. – Я не думал, что её так подкосит новость… сам знаешь какая.

Влад молчит, наверное, секунд десять, после чего с осторожностью произносит:

— Ну так может, всё-таки скажешь ей, что она… НЕ потеряла свою ведьмовскую силу?

Наклонив голову к плечу, медленно перевожу на него взгляд.

— Надеюсь, у тебя хватило ума, – вкрадчиво и с угрозой начинаю говорить, – моей сестрёнке об этом… НЕ проболтаться? – язвительно копирую такую же паузу и такое же выделение тоном частицы «не».

Глава 31

Взгляд Влада полыхает предупреждающим огнём.

Горский дал слово Альфы, что будет молчать, а это означает, что он скорее сдохнет, чем нарушит его.

И поэтому я прекрасно понимаю, что мои слова он трактует как личное оскорбление.

— Я дал тебе слово, что никому не скажу. И «никому» означает ни единой живой душе, включая мою жену, – с рычанием в голосе озвучивает Лютый то, про что и думал. – Так что снизь тон, Дикий. Я понимаю, что ты сейчас на взводе, но давай ты не будешь свою злость срывать на мне.

Как бы мне ни хотелось с ним поцапаться, но приходится признать, что сам виноват. Нехер было ему рассказывать.

Будь я вчера в более-менее нормальном состоянии, хрена с два бы ляпнул про силу Леси. Но я был вымотан напрочь. Мозги вообще с трудом работали.

— Я только так и не понял, почему это такой секрет, – уже более спокойней говорит Влад, давая понять, что готов закрыть глаза на такое оскорбление с моей стороны.

— Потому что я тоже дал слово Альфы, – цежу в ответ.

И в ту же секунду, будто наяву, слышу голос старушки, который перемещает меня в воспоминаниях на поляну:

— Ну так что, выбирай, косолапый. Мне спасать её силу?

Для меня этот вопрос равносилен тому, что у меня поинтересовались, спасать ли жизнь Леси. Её ведьмовская сила – это… часть её. Как нога там или рука. И как можно согласиться, чтобы ей отрезали, предположим, руку. Само собой, я не понимаю. В моей голове это не укладывается, в отличие от этой старой грымзы. Она походу совсем крышей поехала, раз предлагает мне такое, будучи сама ведьмой.

— Что за идиотский вопрос! – с яростью смотрю на эту чокнутую. – Конечно, спасать, если ты это можешь сделать. – Ты же можешь? – угрожающе рычу, давая понять, что приму только положительный ответ.

Она хихикает, ощупывая лукавым взглядом моё взбешённое лицо.

— Могу, косолапый. Спасать там, правда, самую малость, но я… как бы тебе объяснить… – начинает бормотать. – Я эти остатки погружу в … что-то вроде спячки. Силе надо помочь восстановиться. И только глубокий сон даст то время, что ей необходимо. А когда она будет стабильна, произойдёт… пробуждение и…

— Приступай! – рявкаю, обрывая её сумасшедший лепет.

— Не так быстро, косолапый, – глаза старухи вспыхивают, она смотрит на меня уже жёстко и твёрдо. – Я сделаю это только при двух условиях.

— Говори быстрее, какие, – выцеживаю.

— Первое. Дай мне слово Альфы, что не скажешь Лесе, что сила в ней осталась. Пусть она считает, что потеряла силу.

Мои глаза удивлённо расширяются, пока я пытаюсь понять, зачем это старухе.

— И когда мне можно будет ей об этом сказать?

— Когда Леся сама почувствует, что сила вернулась. Только тогда!