Онлайн книга «Иван-царевич и белый сов»
|
Царевич быстро вынул птичку из клетки, сунул башкой в пустой мешок и собрался было уходить, да застыл, увидев золотую клетку, обложенную жемчугом, изумрудами и рубинами. Застыл не потому, что на блеск камней любовался, а потому, что увидел потоки магии – тонкие, красиво вплетенные в изящное кружево золотых прутьев и драгоценных камней. Рука сама потянулась – рассмотреть поближе, понять, что такое интересное в эту клетку вплел неведомый маготехник… Забыл Иван слова Сова: — Не трогай там ничего, кроме Жар-птицы! Ничего! Понял? Конечно, перчатки помешали исследованию, вот и скинул царевич рукавицу, дотронулся до камушка-рубина, горящего собственным светом… Взвыли по всему замку сигнальные трубы, зазвенели колокольцы, загрохотали по каменному полу сапоги, подбитые железными подковками… Дернулся Иван, понадеялся, что мимо пробегут, да Жар-птица, словно только очнулась, разоралась дурниной, вот и заглянули стражники в донжон, схватили воришку, скрутили и прямо к трону притащили! — Кто таков? – король с интересом посмотрел на парня, “украшенного” синяками и полуоблетевшими ветками. — Царевич… – обреченно выдохнул Иван. Глава 24 Глава 24 Ворота замка открылись только после рассвета. К этому времени Сов успел обозвать царевича всеми словами, какие только знал, а знал он немало. Иван выглядел слегка побитым, весьма помятым, но целым. Шел понуро, глядя себе под ноги. Добрался до кустов, вздохнул и упал рядом с припасами, вытряхнутыми из мешка ради поимки Жар-птицы. — Ну? – выдохнул Сов, опускаясь на дрожащую ветку. — Прости, – вздохнул царевич, – увидел новую схему плетения, и голова отключилась напрочь… — Птичку не добыл, – уныло сказал Белый Сов, – самого побили, поди, еще и карманы вывернули… — Вывернули, – признался Иван. — Что ж, давай уж, сгребай свои пожитки, отнесу тебя обратно. Видно, не ту дорогу ты выбрал! — Погоди, – Иван присел на корточки, чтобы собрать остатки крупы, котелок и запасную рубаху, – мне король этот Жар-птицу пообещал просто так отдать… Белый Сов встрепенулся недоверчиво. — Если я ему коня златогривого приведу, который в Кошевой долине живет. Сов издал целую серию звуков, которые должны были обозначать уровень идиотизма царевича и невероятность его выживания в долине Кощея. — Да я понимаю все, – криво усмехнулся Иван, – спасибо, что сюда проводил. Карта есть, дойду как-нибудь! — Как-нибудь ты не дойдешь! – ответил Сов. – Долина та особая, человек там долго не продержится. Впрочем… иди. Посмотришь! Царевич закинул мешок на плечо, изучил карту и потопал обратно к границе – Кощеево царство находилось дальше Тридесятого. Шел он, пока несли ноги. Сел на поваленное дерево и задремал. И снова увидел, как стражники бросают его к ногам короля Тридесятого и пинают по ребрам так, что он задыхается от боли. А мрачный бородатый мужик, пренебрежительно взглянув на помятую птичку и оценив бумаги, найденные за пазухой царевича, решил слегка поглумиться. Птичка ему не нужна была – орет дурниной, горит как факел, того гляди подожжет чего, а вот конь с золотой гривой – давняя мечта! И судя по тому, как горели его глаза, когда король расписывал стати жеребца, за коня он легко отдаст Жар-птицу. Вздрогнув, царевич проснулся и решил, что все же заслужил нормальный привал – с костром, подстилкой из лапника и горячим чаем из земляничных листьев. Бесшумной тенью с высоты упал Сов и бросил к огню пару куропаток. Мелочь, но бульончик сварить можно. |