Книга Второй шанс. Тропа для двоих, страница 71 – Айлин Лин, Мия Лаврова

— Поможешь мне?

— Конечно! – просияла девушка.

— Тогда идём, позлим Домлана, старый форинг не обрадуется, когда узнает, что последние припасы придётся тратить на пир, пусть и скромный.

Уна хихикнула и с готовностью кивнула.

* * *

Холм Туннара хоть и находился в глубине острова, но не избежал последствий землетрясения. Заднюю часть возвышенности будто подтолкнули снизу, вершина за каменным идолом приподнялась, и край её обвалился. Почва осыпалась террасами, и Ханнраон использовал их для разведения костров. Получилось зрелищно: каменный Туннар возвышался над людьми, а за его спиной горел огонь, словно напоминая, стоит ослушаться воли богов и пламя Сурта поглотит твою душу.

К холму всё шли и шли люди, шутка ли, их гайррода признают главным на всех Свободных островах, а вернее, на новой земле, название которой ещё не существует.

Мы расположились полукругом у подножья холма, наверху перетаптывался стреноженный молодой бычок – дар Туннару. Ханнраон готовил жертвенные чаши. В голове роились воспоминания, как Падрай волок меня сюда на верёвке, точно козу. Вспомнился осуждающий гул толпы, чавкающая под ногами холодная, липкая грязь. Мой страх перед смертью и ненависть к каждому человеку на Свободных островах, особенно к Киарану. Всё было в прошлой жизни. Обхватила плечи руками, стараясь избавиться от невольного озноба. Этого ли хотели от нас боги? Свободные острова отныне стали одним целым. Наша любовь привела к такому исходу? Воля небесных покровителей непонятна для нас. Иногда песчинка может стать началом большого камнепада. Выходит, Киаран и я стали этими мелкими камешками, что заставили трещать ткань миров. Если бы меня не стало и Падрай добился своего, Грауддуг давно уже захватил эти земли, пусть не сам Таллах Мор, но многие из островов.

Я обернулась, удивившись толпе за спиной, народ молчал, казалось, можно расслышать даже крики чаек и тупиков с далёкого теперь моря. Из рощи выступили вёльвы, с необычно раскрашенными лицами, как тогда во время боя. Впереди шла Дейре, люди расступились, пропуская провидиц. Женщины встали за гайрродами, Ханнраон кивнул Киарану, и муж, сжав мою ладонь напоследок, стал медленно подниматься.

Одиннадцать гайрродов ступали за ним и замерли в шаге от повелителя, преклонив колено и положив к его ногам свои мечи, остриём к себе.

По знаку Хранителя слуги бросили в костёр пучки травы, к небу взвился белый дым, резко пахнуло полынью и медово-горьким ароматом вереска. Толпа замерла, слышно было, как потрескивали сучья в кострах. Раздались первые слова кляты, которой вторили за Ханнраонам одиннадцать мужчин. На этих землях не знали подобных речей, никогда один гайррод не присягал другому. Я смотрела на лица подданых Кирана, в них не было злобы или зависти, только понимание и немного страха перед будущим, впрочем, сейчас боялись все.

Последнее слово раздалось над холмом, дым угас, будто донёс обеты до Туннара.

— Да будет так! – воздел руки Ханнраон, - Светлые боги приняли ваши клятвы, славные гайр - Хранитель запнулся, - славные воины.

Кровь скрепила слова перед взором бога, жарче вспыхнул огонь, принимая новую пищу. Мужчины поднялись, а на холм взошли вёльвы. Ханнраон удивлённо взглянул на Дейре. Женщина встала вполоборота, чтобы люди видели и слышали её.