Книга Елена Троянская. Возмездие, страница 164 – Сьюзен Уилсон

Но почти у самых Скейских врат бог, должно быть, вдохнул в него храбрость. Он бросил свою колесницу и ждал меня с кучкой своих людей, стоявших с мечами в ножнах и с неподвижными копьями наизготовку.

— Ты и я! – прокричал он. – Поединок. Никто не вмешивается!

Он, наверное, вспомнил победу, которую одержал накануне ночью, когда зарезал Патрокла. Это придало ему ложное чувство отваги, но мое собственное чувство ложным не было, а мои воспоминания о Патрокле были куда живее, чем его.

— Никто не вмешается. С моей стороны точно. Посмотри мне в глаза, Гектор!

С бастионов старческим, тонким, как у певчей птицы, голосом к нему взывал его отец:

— Иди внутрь, сынок. Сегодня он уже убил двоих твоих братьев. Еще двоих моих мальчиков! Как я могу лишиться тебя? Я не могу. Троя не может потерять тебя. – Приам рыдал, забыв о своем царском достоинстве. Но это была война.

Мать Гектора отогнула передок своего платья.

— Гектор, я кормила тебя младенцем этой самой грудью. Я держала тебя здесь. Я утирала твои слезы. А теперь плачу я. Я потеряла слишком много детей. Ты мой старший, мой лучший.

Закинув голову, Гектор глядел на своих родителей, будто старался насмотреться вдоволь. Я сделал бы то же самое с Патроклом, и даже больше, если бы знал, что с ним сотворит Гектор. Он снова перевел взгляд на меня, храбрый Оплот Трои. Нас разделяло расстояние в пять человеческих ростов. И он снова побежал.

Вопя, как мальчишка, я бросился его догонять. Я отогнал его от Скейских врат, но позволил быть впереди. В детстве я так поступал с Патроклом. То и дело я догонял Гектора и снова отпускал вперед. Я преследовал его, пока мы не оббежали цитадель наполовину, а потом снова погнал к нашим зрителям у Скейских врат. Мы повторили представление. Он устал, я нет.

Скейские врата отворились, и появился его брат Деифоб. Я ждал, пока они закончат шептаться, соприкоснувшись головами и не сводя с меня взглядов. Деифоб стукнул Гектора по плечу.

— Ахиллес, я готов драться! – объявил Гектор. – Давай поклянемся перед лицом Тияза, могучего солнца. Если боги позволят мне убить тебя, я сниму с тебя доспехи, но не стану осквернять тела. Твои люди смогут унести тебя и воздать все почести. Поклянись, что сделаешь то же для меня.

Я засмеялся.

— Львы не заключают договоров с людьми.

Я метнул копье, и оно пролетело над его плечом. Он издал победный крик, уравновесил свое копье и бросил. Я поднял щит, и копье отскочило от его выпуклости в центре.

Не оборачиваясь, Гектор протянул руку.

— Деифоб, твое копье. – Он нахмурился. – Деифоб?

Деифоба рядом не оказалось.

Гектор понял, что брат его бросил. Мне было видно, как ходит его кадык. Он обнажил меч и атаковал.

Я отражал его выпады щитом, но свой меч не доставал. Патрокла он заколол, и мне не хотелось, чтобы они умерли одинаковой смертью. Я томил его, подводя к тому месту, где лежало мое копье, а потом нагнулся и подобрал свое оружие.

Я хорошо знал его доспехи. Иначе и быть не могло. Они были моими, украденными у Патрокла. Мне были известны все уязвимые места. Хотя они хорошо на нем сидели, они не закрывали шею.

— За Патрокла! – крикнул я и вонзил копье в цель.

Наверху и за моей спиной раздались вскрики и вопли.

Гектор согнулся.

— Выкуп… тело, – пробулькал он.

— Выкуп за тебя? Да я сожру тебя живьем и выгажу.