Книга История одной ненависти, страница 93 – Дара Бояринова

— Арти, я поеду к Ларе, ей нужна поддержка. Ты оставайся, почитай, подумай обо всем. Двери открывай только мне, Ларе или следователям – больше никому, понял?

— Даже знакомым?

— Тем более знакомым!

* * *

Оставив Арти с книгой и мыслями, вызвала извозчика и пошла переодеваться. Разговор предстоял трудный, Ларку надо успокоить. Обуваясь, давала последние инструкции Арти, который от нетерпения сесть за книгу и не спать всю ночь уже «бил копытцем». Куда вся печаль делась!

— Если что, еда знаешь где, найдешь. Дверь за мной закрой на все замки и цепочку, посмотри в окно, села ли я в такси. Я перезвоню. Все, целую!

— Тина, а это не опасно, что ты одна едешь?

— Нет, я на такси, и ты проследишь, села я в него или нет.

— А если нет?

— Звони Итану или Ролану, я их телефоны записала и прикрепила на доске.

— Ну ладно!

Когда я ехала в такси, позвонил Итан:

— Тина, как ты там?

— У меня все в порядке! – отрапортовала я, почему– то не сказав, что еду к Ларке.

Чувствовала себя неуютно, во– первых, потому что, это было не очень умно – срываться одной, ночью куда– то ехать, а во– вторых, не хотелось посвящать кого– то в появление блудного отца, теплилась надежда: может, пронесет и он как появился, так и исчезнет из их жизни, словно утренний туман. Хорошо бы!

— Я сегодня охранять тебя не смогу, – сказал Итан. – Я еще на работе, освобожусь через полчаса и поеду отсыпаться. Ты сама справишься?

— Обязательно! – пообещала я.

— Тогда до завтра!

— До завтра! – попрощалась, чувствуя вину за то, что обманываю его, не говоря правды

Глава 9.

Я звонила и звонила в дверь Ларкиной квартиры. Похоже, никто не собирался мне открывать. Порылась в сумочке, достала ключи и открыла сама.

Во всей квартире горел свет, даже в ванной и туалете.

— Лара!

— Я здесь! – каким– то неразборчивым голосом отозвалась Ларка из кухни.

Прошлась по квартире, выключила лишний свет и заглянула в кухню.

— Ларка– а! – удивилась я. – Ты пьяная?

— Это мне леклекарь прописал! – с трудом выговаривая слова, ответила Ларка и стукнула кулачком по столу.

— Какой лекарь, ненормальная!

— Котентенбара! – справилась все– таки с трудной фамилией Ларка.

Не выдержав, я рассмеялась – до того комично это выглядело. Обняла разошедшуюся подругу, поцеловала в щеку:

— Идем, я тебя спать уложу, пьяница ты моя!

— Да, я напилась! – упиралась Ларка. – Правильно, между прочим, сделала! Стресс надо снимать, как и болевой шок! – и снова кивнула, подтверждая свое утверждение.

— Именно это тебе доктор сказал?

— Нет, – очень серьезно ответила Ларка, – это я сама придумала!

— Голова– а! – похвалила подругу. – А вот скажи мне, умница, чего ж ты напилась– то?

— А со страху! – скорчив испуганную рожицу и округлив глаза, ответила Ларка. – Со страху и от обиды!

Она вывернулась из моих рук, плюхнулась на стул и подвинула к себе бутылку. Я перехватила бутылку и убрала подальше, в кухонный шкафчик.

— Все, Лар, хватит! И чего ты так испугалась?

— А вот заберет он у меня Арти! Нет, ну ты представляешь?! Его же, тогда как ветром сдуло! Он нас бросил! Как он там писал?.. – спросила она, размазывая по щекам пьяные слезы.

— Где писал? – не поняла я.

Я достала из ящика чистое кухонное полотенце, намочила холодной водой и вытерла Ларке лицо.

— В записке! Отстань от меня, холодно же! – оттолкнула Ларка полотенце. – В записке: «Я не готов, и не могу взять на себя такую ответственность!» Помнишь? И смотри ты! Тринадцать лет прошло, и объявился! Теперь– то ответствено… тьфу ты! – сплюнула она, не справившись со словом. – В общем, брать ее, эту самую, не надо! – и она зарыдала во весь голос.