Книга Кавказ. Не чужая жена, страница 52 – Галина Колоскова

— Всё нормально? – тихо спрашивает Вазир. В его глазах нет любопытства, есть только забота.

— Всё нормально, – улыбаюсь я ему. – Абсолютно. Теперь всё по-настоящему нормально.

Я вхожу в дом, и дверь плотно захлопывается за моей спиной. Закрывается от прошлого. От теней. От боли. Я ставлю Аслана на пол.Он весело бежит к своим игрушкам. Вазир берёт мою руку, молча подносит к губам. Его поцелуй на моих пальцах – это клятва. Клятва будущего.

Мысленно подхожу к окну и смотрю на ту сторону дороги. Но уже не вижу тот дом. Я вижу горы. Высокие, вечные, прекрасные. Они были свидетелями моего падения и моего восхождения. И теперь они будут хранить моё новое, настоящее счастье. Без теней. Только свет для Светланы.

Открываю глаза. Я снова стою на холме. Взрослая женщина с глазами, в которых побывала зима. Смотрю на руки. Они больше не те пугливые, что держали шёлковый платок мамы. Это руки, которые доили коров, месили творог, качали люльку с сыном. Руки, которые оттолкнули прошлое и построили новую жизнь.

Азамат называл меня Сырыф. Светленькая. Я и есть свет. Но не тот яркий, ослепительный и обжигающий, что может погаснуть от одного дуновения предателя. Нет. Я стала другим светом. Тёплым, как очаг в зимнюю ночь. Устойчивым, как солнце в зените. Жизнеутверждающим, как первый луч после долгой грозы.

Я стою на нашем холме, с которого виден весь мир. Вернее, мой мир. Раньше я поднималась сюда одна, и ветер казался мне холодным, а от вида долины сжималось сердце, измученное былой болью. Теперь всё иначе. Теперь я не одна.

Рядом со мной Вазир. Мужчина, нашедший осколки моего сердца и осторожно собравший их воедино. Не в прежнюю хрупкую вазу, а в нечто новое, прочное, сияющее ровным тёплым светом.

Его твёрдая рука лежит в моей руке. Не сжимает, не держит – находится там, как самое естественное продолжение меня самой. Мы молчим. Мы можем молчать часами, и в этой тишине нет пустоты. В ней наполненность, понимание.

— Смотри, мама, смотри! – звонкий голосок Аслана прорезает воздух.

Наши сыновья, Аслан и маленький Дамир, носятся вокруг нас, как два энергичных ручейка. Их смех звенит громче и радостнее любого горного потока. Аслан, мой первенец, с его папиными черными глазами и моей улыбкой, уже пытается быть взрослым, подражает Вазиру во всём. И Дамир, сынок Вазира, оставшийся без матери, но нашедший её во мне. Его солнечное личико всегда светится беззаботным счастьем.

Вазир не зажигает во мне безумный, пожирающий огонь страсти, что когда-то испепелял душу. Нет. Он разжёг во мне совсем другой огонь – ровный, тёплый, неугасимый очаг. Очаг нашего дома. В его пламени – надёжность, спокойствие и полное, безоговорочное доверие.

Я поворачиваю голову и смотрю на его гордый профиль. На смуглую кожу, освещённую заходящим солнцем. На спокойные, немного строгие глаза, которые видели в своей жизни много боли. Но его сердце научилось дарить любовь. Терпеливую и сильную.

— Холодно тебе? – он оборачивается ко мне, и его взгляд смягчается.

— Нет. Совсем нет. Рядом с тобой я никогда не мёрзну.

— Это хорошо, – он улыбается уголками губ. – Потому что я никуда не собираюсь.

Его слова такие простые. Но в них – целая вселенная. Обещание. Которое он держит. Всегда.

Мы построили не просто современную сыроварню. Мы построили новую жизнь. Он заставлял меня верить в себя. Каждый день. Теперь наша сыроварня – не просто бизнес. Это наше общее дело, наша гордость. Знак качества «Сделано на Кубани» висит на воротах не как награда, а как естественное подтверждение того, что мы трудимся не зря.