Книга Любовь на финишной прямой, страница 58 – Missis Stranger

Лера перевела взгляд на окно.

Дождь, начавшийся ещё утром, теперь хлестал по стёклам, размывая очертания города до серых пятен.

— Для меня он не просто пацан, Дим.

Мужчина сжал листок так, что бумага захрустела в руках. Он хотел что-то сказать и не находил слов. В горле стоял ком, а в груди всё сжималось от нелепой, колючей обиды: будто Лера сама, своими руками рушит то, над чем столько лет работала, и делает это так спокойно, будто иного выхода просто нет.

— Лера, — наконец выдавил он, голос звучал непривычно хрипло. — Ты сейчас говоришь как человек, который уже всё решил. Но ты не можешь вот так… не можешь ставить на кон всё из-за чувств. Это… это лавина. Она сметёт и тебя, и его, и всё, что ты строила.

Лера закрыла глаза, слушая, как дождь барабанит по подоконнику, будто отсчитывает секунды до чего-то неизбежного.

— Я не ставлю на кон, Дим, — тихо сказала она, не оборачиваясь. — Я выбираю. И да, это больно. И да, я знаю, что будет дальше: заголовки, заседания, разговоры за спиной, «как она могла». Но если я сейчас откажусь от него, я перестану уважать себя. А это страшнее, чем потерять должность.

Дима встал, подошёл к ней, но остановился в шаге, словно боялся спугнуть.

— А если он не стоит этого? — спросил он жёстко, но тут же смягчил тон, будто сам испугался собственной резкости. — Если всё это закончится, а ты останешься одна, с руинами?

Лера наконец повернулась. В её глазах не было ни слёз, ни истерики — только усталая, твёрдая ясность.

— Даже если так, — сказала она спокойно. — Я буду знать, что не предала себя. Что не спряталась за «разумно» и «правильно», когда сердце кричало: «нет».

Мне плевать на институт, на карьеру и на то, кто что скажет. На всё плевать, кроме него.

Дима медленно разжал пальцы, и листок лёг на край стола. Он посмотрел на Леру, и в его взгляде тревога понемногу уступала место чему-то другому — не согласию, нет, но принятию.

— Ладно, — буркнул он, стараясь говорить буднично, чтобы скрыть, как сильно его всё это задевает. — Позвони мне, когда поймёшь, что натворила, я найду, как это всё исправить.

Уголки губ Леры дрогнули в слабой улыбке.

— Спасибо, Дим, — прошептала она, — но это моя жизнь и мой выбор. И всем придётся смириться с этим рано или поздно.

Следующие дни растянулись в бесконечные минуты ожидания и в долгие ночи без сна.

Лера брала трубку только от Кота и постоянно звонила в больницу, но ответ был один и тот же.

«Состояние стабильное. Изменений нет».

Она несколько раз ездила туда, но к Стасу её не пустили, несмотря на все просьбы.

Более того, у больницы и у дома постоянно дежурили журналисты и доставали её своими вопросами, поэтому она старалась лишний раз не выходить из дома. А когда приходилось, то Лера надевала на глаза тёмные очки, пряталась за ними от всего мира и ни на что не реагировала, словно её это совсем не касается.

Когда через четыре дня раздался долгожданный звонок от Дениса, она не находила себе места от беспокойства.

— Он пришёл в себя. Я через пятнадцать минут заеду за тобой, — произнёс он, не тратя время на долгие приветствия.

Лера собралась быстро. Джинсы, свитер, куртка. Волосы она даже не стала собирать в пучок — просто оставила распущенными. Когда она вышла из дома, у подъезда стояла толпа журналистов с камерами. Она прошла мимо, не отвечая на вопросы, и села в машину. Главное, что Стас пришёл в себя, всё остальное — мелочи.