Книга Развод. Спасибо, что изменил, страница 9 – Чарли Ви

— Очень наблюдательно, – сухо отозвался я и отстегнул ремень.

Глава 5.

— Тимур, зачем ты нас сюда привёз? Я же просила...

— Ты просила дешёвую ночлежку. Я решил, что твоему мальчишке в таком клоповнике делать нечего.

— Я не могу к тебе пойти! — Вера резко подалась вперёд. — Я не просила тебя о помощи. Мы лучше сами...

— Успокойся, — перебил её резко так, что она осеклась. — Засунь свою гордость куда подальше, Вер.

Я развернулся к ней всем корпусом, не давая отвести взгляд.

— Посмотри на себя. Ты мокрая насквозь. У тебя губы синие. Мелкий спит, умотался за день. Куда ты сейчас потащишься? На ресепшен к каким-нибудь алкашам? Я не спрашиваю, что у тебя случилось. Но прекрасно вижу, что у тебя не всё в порядке, так что успокойся и подумай о своём парне, если о себе не хочешь думать.

Она замерла, закусив нижнюю губу. Я видел, как в ней борются желания согласиться со мной и сбежать от меня подальше. От прошлого, от стыда. Но я был прав, и она это понимала.

Я вышел из машины. Хлопнул дверью, обошёл капот и открыл багажник. Достал её многострадальный баул, который весил чуть больше пустого ведра.

Затем распахнул пассажирскую дверь. Вера всё ещё сидела, вцепившись в ремень безопасности, словно это был спасательный трос.

— Выходи, — скомандовал я, глядя на неё сверху вниз. — Или мне тебя на руках вытаскивать?

Она судорожно выдохнула, отстегнула ремень и выбралась наружу. В подземном паркинге было прохладно, и она тут же обхватила себя руками, пряча лицо.

Я открыл заднюю дверь, наклонился и аккуратно потряс пацана за плечо.

— Дань. Подъём. Приехали.

Даня сонно заморгал, потёр глаза кулаком.

— А? Уже всё? Дождь кончился?

— Вылезай. Дальше пешком.

Он выбрался из машины, зевая на ходу и ёжась от прохлады. Я захлопнул дверь, поставил машину на сигналку и коротко кивнул в сторону лифтов.

— Вперёд.

Вера молчала. Шла рядом, не поднимая глаз, словно её вели на расстрел. А я катил этот чёртов чемодан, смотрел на её худые, напряжённые плечи, и отчётливо понимал: впустив её сейчас в свой дом, я сам, своими же руками, сношу ту глухую защитную стену, которую выстраивал десять лет.

Но оставить их я не мог. Хрен пойми почему. Ответственность не позволяла. А у меня её всегда была до хрена. За родителей, за сестёр, за друзей, за своих мальчишек, которых тренирую не первый год.

Лифт ехал наверх бесшумно, но мне казалось, что напряжение внутри кабины звенит так громко, что закладывает уши.

Мы стояли в замкнутом пространстве зеркальной коробки. Я смотрел прямо перед собой на мелькающие цифры этажей, но боковым зрением ловил каждое движение Веры. Адреналин у неё начал спадать, и теперь её колотило по-настоящему. Мелкой дрожью, от которой у неё зуб на зуб не попадал. Мокрый плащ облепил худые плечи, подбородок дрожал

Даня, окончательно проснувшись, с любопытством разглядывал своё отражение в зеркалах.

— Тимур Русланович, а мы у вас и ночевать будем? — звонко спросил он, нарушив тишину.

Вера вздрогнула, закрыла глаза, но промолчала.

— Устроим привал, боец, — ровно ответил я, глядя на пацана в зеркало. — Переждёте шторм, а там видно будет.

Лифт мягко остановился. Двери разъехались.

Я вышел первым, прокатив чемодан по керамограниту, приложил палец к сканеру на двери своей квартиры. Замок тихо щёлкнул.