Книга Мой. Дикий. Бывший, страница 53 – Аня Истомина

Потому что я безумно хочу секса с ним. Чувствовать в себе. На себе. Засыпать в его объятиях снова и просыпаться от жадных поцелуев. Хочу, чтобы он нюхал меня. Чтобы носил на ручках. Чтобы снова готовил свой вкусный кофе. И мы пили его в обнимку.

Хочу покрывать его лицо поцелуями каждый вечер. Хочу щекотать его за подмышки, когда он сидит занятой за своим компьютером и доводить до грозного рычания потому, что отвлекаю. Хочу соблазнять его голой жопой, когда он с кем-то говорит по видеосвязи и не может отвлечься.

И, да, я уже хочу детей. Еще не настолько, чтобы рожать для себя, жертвуя карьерой. Но от него бы родила. Для него. Наверное, он был бы классным отцом.

Медведь с рыком стащил с меня домашнюю футболку.

— Да, Машуль, – сипло застонал он, сжимая мои бедра до боли ручищами даже, похоже, не услышав моих вопросов. – Трахни меня, моя девочка.

И я трахнула его.

Трахала до хриплых стонов. До низкого утробного рычания. Наслаждаясь процессом. Не давала ему кончить. И он терпел. Хмурился, шипел сквозь зубы, что я гадина, но терпел. Потому что сам сделал меня главной.

И у меня уже было два оргазма в то время, как у него все еще не было ни одного.

— Маша, – застонал Медведь, когда я в очередной раз притормозила, – так не честно, блять.

— Честно, – усмехнулась я, отталкивая его руки и придерживая их. Исцеловала колючую шею, уворачиваясь от ответных поцелуев. – Ты обижал меня.

— Ты, блять, тоже не фиалка, – прорычал Миша, умудряясь вывернуть руки из моего захвата. Он тут же обхватил меня за талию, подмял под себя и вот уже я извивалась под его телом, а он пытался войти как можно глубже, закинув мою ногу себе на плечо. Игры кончились. Я охала от мощных ударов его бедер. Миша брал меня жестко, грубо. Животно. Казалось, я на показе смогу передвигаться только на четвереньках после такого.

— Почему ты в презервативе? – все же задала я терзающий меня вопрос. Неужели боится, что привяжу к себе ребенком? Это не брезгливость точно.

— Чтобы ты больше таблетки не жрала. – грубо отозвался он и я не поняла, это то, о чем я подумала, или он так заботится.

— Ты… – хотела уточнить у него, но Медведь тут же заткнул мой рот языком, затем отлепился и перевернул меня на живот.

Одной рукой надавил мне на лопатки, другой начал растирать влагу по чувствительным точкам, а когда я начала подаваться навстречу его пальцам, тихонько постанывая, снова взял меня, наматывая волосы на кулак и то и дело натягивая их, чтобы я прогибалась сильнее.

— Миша, – застонала я, задыхаясь от простреливающих все тело импульсов, переставая контролировать себя, – я тебя люблю.

Медведь на секунду сбился с ритма, а потом вжался в меня, дрожа от напряжения, и упал сверху.

— Молчи. Ненавижу тебя, – шепнул толи пьяно, толи устало. И вроде говорил про ненависть, а я услышала в его голосе облегчение. – И, если узнаю, что ты спишь с Сережей, голову ему оторву. Потому что ты только моя, поняла?

— Медведь!.. – задыхаясь от возмущения, я повернулась к нему. – Да сколько же можно уже разговаривать со мной так, будто ты встречался с последней шлюхой и лично свечку держал?!

— Спи, я сказал. – он тут же отвернулся, обрывая разговор, обнял меня своей рукой и моментально обмяк.

А я лежала и тихо ныла, размазывая слезы по его спине, мечтая придушить гада подушкой и одновременно прижимаясь так, будто мы больше никогда не увидимся.