Книга Бывшие. Второй шанс для Золушки, страница 10 – Галина Колоскова

— Два капучино и тирамису, – бросает Алёна. В змеиных глазах читается разочарование. Шоу не удалось.

Я забираю заказ и несу поднос. Руки снова дрожат. Запах сладкого крема и кофе обрушивается на меня с новой силой. Волна тошноты подкатывает к горлу настолько резко, что темнеет в глазах. Я делаю последнее усилие, успеваю поставить кофе с десертом на стол. Слышу их возмущённое:

— Осторожнее!

И всё. Пол уходит из-под ног. Звуки превращаются в гул. Я падаю в обморок. Проваливаюсь в омут из запахов еды, чужих насмешек и собственного отчаяния. Последнее, что вижу, – испуганное лицо тёти Натальи, зашедшей меня проведать, и торжествующие взгляды бывших одноклассниц.

Ещё один провал. Идеальное завершение моего дня.

Инна

Я прихожу в себя на потёртом диване в подсобке кафе. Открываю глаза и упираюсь взглядом в испуганное лицо тёти Натальи и недовольное – хозяйки Людмилы. В висках стучит, во рту до противного сухо.

— Воды, – хриплю чуть слышно.

Тётя подаёт мне стакан дрожащей рукой. Людмила хмурится.

— Это что такое, Инна? Рядом с клиентами падаешь? У меня заведение, а не больница. Так нельзя.

— Простите, – говорю, с трудом приподнимаясь на локтях. – Не знаю, что произошло. Переволновалась. Последнее время неважно себя чувствую.

Людмила смотрит на меня с нескрываемым подозрением. Пронзительный взгляд скользит по моей фигуре.

— Тебе бы к врачу сходить, а то ещё чего случится. На сегодня свободна, иди. Но чтоб больше такого не было. Не забывай, что нужно питаться не только воздухом. Худая тростинка.

Тётя Наталья молча берет меня под руку и выводит из кафе. На улице я глотаю свежий воздух, пытаясь прогнать тошноту, которая никак не проходит.

— Это нервы, – говорю почти уверенно, скорее, чтобы убедить себя. – Просто устала.

Но тётя качает головой. Умные, добрые глаза полны тревоги.

— Нервы нервами, деточка, но до обмороков доводить не должны. Завтра с утра записывайся к врачу. Я пойду с тобой. Наш гинеколог – Раиса, моя хорошая знакомая.

Мы отправляемся в поликлинику на следующий день. В этот раз документы со мной. Та же очередь, те же запахи дезинфекции и терпения, что и в московской клинике, где всё началось. Но теперь во мне нет надежды на чудо, только гнетущее ожидание и страх.

Врач-гинеколог – женщина лет пятидесяти с внимательным взглядом.

Смотрю на неё с тоскливой мольбой. Пытаюсь убедить нас обеих, что всё совсем не так, как я думаю.

— У меня нарушение циклов в последние полгода. Это не может быть беременностью, тут что-то другое…

Нужно видеть взгляд врача, чтобы понять, что обо мне думают. Она задаёт стандартные вопросы, выписывает направления на анализы, и отправляет меня на УЗИ. Я лежу на кушетке, и холодный гель на коже кажется ледяным поцелуем судьбы неудачницы. Врач-узист водит датчиком с невозмутимым лицом, пристально всматриваясь в экран.

— Ну, вот… – говорит она наконец, и её голос звучит странно отстранённо. – Поздравляю. У вас беременность. Срок небольшой, около шести недель.

Мир сужается до точки на экране монитора. До маленького, тёмного плодного яйца, которое вдруг оказалось центром моей вселенной. Воздух перестаёт поступать в лёгкие. В ушах – оглушительный звон.

— Что? – это единственное, что я могу выжать из себя. – Вы уверены?