Книга Случайная одержимость командора, страница 41 – Татьяна Гончарова

— Ты не пойдёшь допрашивать Рийсола, — сказал командор.

Мне было слишком плохо, чтобы возмущаться громко.

Я возмутилась тихо.

— Мне даже интересно, как ты намерен это провернуть, Логранд, — едва слышно откликнулась я.

— Я тебя отстраню от расследования, на официальном уровне, — ответил он спокойно, не разжимая руки.

Продолжал держать меня. Позволяла ему. Опасалась упасть.

Если он сейчас хоть что-то скажет про моё состояние… Тем не менее, надо признать: удар я сейчас получила страшный. Учитывая, что воспоминания-то никуда не делись.

Так. Стоп. Вычислила вероятностью у себя программы. Допустила мысль, что мои воспоминание о Дарсе ложны. Переждала острый укол боли от этой мысли.

Я умница. Вычислила. Допустила. Теперь, погнали это всё решать.

Действуй, Кира. Спрашивай.

— Ты давно знаешь? — спросила я.

Просто нет сил сейчас спорить и воевать с ним. Мне нужно время.

— Про что конкретно ты спрашиваешь? — после долгой паузы уточняет он.

Пробую высвободиться, но бывший маршал держит меня крепко. Или он всё-таки не бывший?

Это, кстати, тоже очень интересная мысль. Вряд ли он просто так разбрасывается угрозами отстранить от подобного расследования, да ещё и на официальном уровне. Логранд, кто ты, мать твою, такой, на самом деле?

— Я спрашиваю очень конкретно, — нахожу силы усмехнуться. — Давно ты знаешь, что в моём пси внедрена внешняя программа?

— Опиши программу, которая, как ты думаешь, внедрена в твоём пси, — совершенно нейтральным тоном говорит Логранд.

Вздрагиваю. Снова пробую высвободиться из его хватки — бесполезно. Держит крепко. Даже не думает отпускать.

— Ты не отвечаешь на вопрос, — хмурюсь я.

— Я и не собираюсь этого делать. Пока ты мне не расскажешь, цепочку твоих умозаключений, которая привела тебя к такому выводу.

Смертельно хочется орать, выть, крушить всё вокруг. Мне кажется, я сейчас эту гору разнесу в пыль. Особенно сильно я хочу сейчас от души подраться с Лограндом. Не знаю, зачем мне это. Просто очень хочется выпустить пар.

Снова включаю беспристрастность. Я понимаю, почему Логранд так действует. Я сама бы то же самое делала на его месте. Ему нужно понять, насколько псионик под внешним управлением осознан.

Снова вопрос. Насколько я могу довериться ему? И снова ответ. Я уже доверилась. Куда уже идти на попятный?

С усилием разжимая челюсть, заставляя себя держать лицо расслабленным, я пытаюсь заставить себя ответить.

Обнажаться разумом и чувствами перед ним, оказывается, намного тяжелее, чем телом.

— Сначала убери от меня руки, — цежу я сквозь зубы.

— Ты упадёшь.

— Руки убрал, говорю!

Стальная хватка его рук размыкается. Делаю несколько шагов вперёд, упираюсь руками в поручень обзорной площадки, впиваюсь взглядом в расширяющийся столб смерча под свинцовыми тучами Криакстеры.

Мне хватает трёх глубоких вдохов, чтобы вернуть себе контроль над собой.

— Мои воспоминания говорят мне о том, что у меня был жених, — холодно отвечаю я. — Он погиб. После этого я проходила интенсив на Криакстере. Выстроенные схемы, объединённые с твоими данными и полученными слепками позволяют выстроить следующую логическую цепочку.

Последовательно, развёрнуто и чётко отвечаю на вопрос, как информация из слепков пилотов навела меня на мысль о собственных ложных воспоминаниях.