Книга Мой опасный, страница 44 – Татьяна Гончарова, Елена Сергеева

Что? Я?! Показалось, что я ослышалась. И только вбитые инстинкты мгновенно отреагировали на знакомую команду.

В полном шоке я сделала шаг вперёд.

— Диана Чамесс, — мрачный прожигающий взгляд глаза в глаза. — Список обязанностей получишь на свой комм в течение дня.

Взмах мощного хвоста: «с назначением».

— Расходимся. Приступаем к занятиям, — тяжелый фирменный взгляд вдоль замершего строя. — Но сначала уберите здесь всё. Диана, отвечаешь за выполнение приказа.

Бросив на всех ещё один мрачный взгляд, не дожидаясь реакции, Хард вышел из помещения с неподвижным хвостом, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Вот ведь скотина! Командир, мать его! Зараза такая!

Четырнадцать пар глаз, злющих, оценивающих, нахальных, изучающих, космос ведает, каких ещё — уставились на меня.

Заместитель, значит? Вот это подстава, Хард, чтоб тебя! Чтоб тебя три раза об планету!

— Что уставились?! — рявкнула я… с досады и злости, вышло даже не хуже Харда. — Уборка! И на занятия!

И, подавая пример, первая взяла валяющийся рядом стул, чудом уцелевший. Понесла к стене, на прежнее место. По дороге подняла чье-то покрывало и бросила на кровать.

К дикому облегчению заметила, что все, как один, стали поправлять сдвинутую мебель, расставлять всё на места. Пять минут, и был полный порядок. Ну почти.

Потом молча, не сговариваясь, поправили форму, собрались и вышли, каждый по своим занятиям.

Я шла к своей спец-группе стрелков, пытаясь осознать происходящее. Напряжение медленно отпускало, сопровождаясь волнами колючего онемения по коже.

Если честно, вообще не надеялась, что меня послушают. Ждала насмешек. Нового бунта. Чего угодно, короче, но только не вот такого тотального послушания.

Вдуматься, полукровка — руководит рихтами! Люди тоже были не в сильном восторге. Но все как один все равно выполняли приказ.

Зато орсам оказалось по боку. Только их взгляды в мою сторону стали ещё нахальнее и заинтересованнее.

На всякий случай я подготовилась к активным поползновениям с их стороны. Странно, но во время уборки никто не подкатил. Но поглядывали. Оценивающе. Явно начали всерьез воспринимать.

Похоже, по зверскому выражению моего лица и по вздыбленным шерстинкам всё было понятно. Хорошо, что не рискнули. Я бы точно что-нибудь на нервяке выдала дикое.

Не зря же Дикой Ди прозвали на потоке.

Занятия в этот день для меня прошли как в тумане. Даже слабо помню, что мы там делали. Все на автомате выполняла. Чудом не наделала ошибок.

А потом на комм рухнули задачи от Харда. Задачи для его заместителя, то есть.

Я всё пролистала. А потом мне пришлось взять свой ощетинившийся хвост в руки, чтобы материться исключительно в своей голове.

Хард, как есть — гад. Сволочь деспотичная!

Командир повесил на меня контроль учебных планов и показателей.

А именно — теорию. С издевательской формулировкой «как самой теоретически продвинутой единице 1-КА».

Чувствую, когда я его увижу, покажу ему всю степень моей теоретической продвинутости.

К вечеру я уже просто кипела. Учитывая, что Харда нигде не было, а я уже была отмечена в системе как его заместитель, на меня рухнула вся накопившаяся текучка.

Кое-что я смогла разрулить сама — мелочёвку типа росписи за снарягу. Но большую часть я мстительно пометила в системе «требуется согласование с командиром».