Онлайн книга «Его тайная землянка»
|
глава 43. Свобода Глубокое, медленное движение, заполняющее, растягивающее меня до самого предела, будто он хочет впечатать себя в меня навсегда. Выдыхаю его имя… Багровые глаза прикрыты, дышит сквозь зубы тяжело, с усилием, выталкивая влажный горячий воздух в мои губы. И мне горячо. Мне так горячо, что кажется разом в кипяток опустили, и теперь вместо крови по жилам бежит настоящий жидкий огонь, магма… Чувствую, как внутри всё стягивается вокруг его каменной плоти, как тело само тянется навстречу, подстраивается, принимает, трепещет от накрывающего головокружительного экстаза. Поверить не могу, что я способна ощущать подобное. Что я вообще на такое безумство способна. Но все происходит в реальности. Это мое здесь и сейчас. Вроде бы только пару часов назад у меня практически не было сил. Я была опустошена, раздавлена, почти не жива внутри. А сейчас во вне бурлит настоящий гейзер из эмоций, ощущений и кипящей страсти. Не могу ждать! Хочу его прямо сейчас! Как хорошо, что Ауро считывает мои желания и мысли буквально волшебным мистическим образом. Его губы впиваются в мою шею, а сам он начинает двигаться, практически сразу беря яростный, дикий темп. О даа! Да! Не хочу сейчас плавности и нежной осторожности. Внутри все бурлит от адреналина и жаждет именно такой близости. Яростной, безудержной, присваивающей… Мне важно почувствовать его эмоции. Настоящие. Без этого вечного защитного саркофага, в который он себя сам и заключил. Мне нужно увидеть его. Живого, моего… И Ауро дает мне столь желаемое мной. Его сильные, глубокие толчки задают безумный темп нашему танцу. Мои ноги плотнее сжимаются вокруг него, пальцы впиваются в его спину, и я уже не могу отличить, где заканчиваюсь я и начинается он. Мы единый клубок страсти, боли, облегчения и какой-то дикой, необузданной радости от того, что мы живы и мы вместе. И в этом водовороте чувств я знаю одно. Я его. Полностью. Безоговорочно. И ничто в этой вселенной не сможет этого изменить. — Вита… — хрипит он мне в губы, и в этом одном слове так много всего, что у меня по спине бегут запоздалые огненные мурашки. — Моя… Каждый новый глубокий толчок — это «я здесь», «я жив», «ты моя». Он не церемонится, не сдерживается больше ни на грамм. Его ладони под моими бёдрами сжимаются так, что завтра, наверно, останутся синяки, и я хочу этих следов его срыва. Хочу доказательств, что это было, что я не сошла с ума, что он действительно взял меня вот так грубо, жадно, до дрожи в коленях. До черных мушек в глазах. Я задыхаюсь, когда он прижимается лбом к моему, не отрывая взгляда. Багровые глаза горят, зрачки расширены до предела, и в них я вижу себя. Растрёпанную, мокрую, абсолютно потерянную в нём. Честнее и сильнее на меня ещё никто не смотрел. — Скажи, — рычит он, не сбавляя темпа, вбиваясь так, что стена за моей спиной кажется мягкой. — Скажи ещё раз. — Я хочу тебя, — выдыхаю я, и голос срывается на стон, потому что он в этот момент делает что-то невероятное бёдрами, и внутри всё вспыхивает. — Ауро… я твоя… всегда была… Он замирает на долю секунды, только чтобы вдохнуть это, впитать своим властным ртом, а потом срывается окончательно. Душевая резко схлопывается до точки, где мы соединены. Всё остальное — шум воды, холод плитки, даже воздух — исчезает. |