Книга Граф Рысев 7, страница 68 – Алекс Ключевской

— Женя, ты можешь что-нибудь сделать? — Мамбов вскинул ружьё и отшвырнул от периметра очередную тварь выстрелом в упор.

— Могу, — процедил я сосредоточившись.

Чёрное пламя взметнулось вверх, отрезая тварей от степи и частично от периметра, запирая их, словно на арене. Я закрыл глаза, а когда открыл, то моё зрение изменилось. Руки сомкнулись на рукояти меча и кинжала, а по лезвиям, кроме ядовитой зелени, зазмеилось чёрное пламя.

Я шагнул к выходу, и стоящий на воротах дежурный невольно попятился.

— Открывай, — спокойно проговорил я, пытаясь сосредоточиться на предстоящем бое. Ко мне шагнул Олег, явно намереваясь пойти за мной, но я покачал головой. — Нет. Сделай так, чтобы они одновременно на меня не напали.

Мамбов секунду молчал, затем кивнул и побежал к незаметным амбразурам периметра, на ходу пытаясь зарядить ружьё. Я же прыгнул в приоткрывшуюся дверь, сразу же захлопнувшуюся за мной. Одна из тварей тут же развернулась и понеслась в мою сторону с диким рёвом. Бой!

— Я никуда не поеду! — возмущённый голос заставил меня отвлечься и поднять голову. Прямо надо мной на стене периметра баронесса Боброва что-то гневно высказывала прибежавшему к периметру коменданту. — Я решила прожить остаток своих дней здесь, и ни вы, ни какие-то паршивые твари не сумеете изменить моего решения!

— Ваше благородие, ну как вы не понимаете, — комендант закатил глаза. — Я хочу эвакуировать жителей до того момента, пока не случилась беда.

— Я всё прекрасно понимаю. Я не маразматичная дура. И Танюша всё отлично понимает, но и вы нас поймите. В нашем возрасте менять образ жизни и привычную обстановку на какую-то другую, смерти подобно. И я лучше погибну в неравном бою в совершенно охамевшими тварями, чем начну вести чопорную жизнь в Иркутске.

— Ну почему сразу чопорную? — в голосе коменданта прозвучала усталость.

— Потому что этого будут ждать от такой старой кошёлки, как я. И даже от Танюши, хотя она моложе меня на десять лет.

— Да, это точно, — раздался невозмутимый голос той самой Танюши.

Я покачал головой, выпрямился и направился к очередной туше, третьей по счёту. Нужно было вытащить макр, пока я совсем не окосел от хлынувшей на меня энергии. Присев на корточки, вонзил кинжал твари в брюхо и рванул вверх, обнажая нутро. На первой пришлось повозиться. Как оказалось, сердце у этой мерзости опущено вниз, почти в брюшную полость и защищено не каркасом из рёбер, а плотной фиброзной конструкцией, внешне напоминающей абажур. У первой твари я её раскурочил, но зато изучил в достаточной мере, чтобы потом не совершать таких ошибок.

Открыв брюшную полость, я быстро нашёл защиту сердца и аккуратно провёл ножом по практически незаметным хрящевым соединениям. Клетка распалась на две половины, обнажив сердце. Ещё один неглубокий надрез и можно вытаскивать макр. Два других уже лежали у меня в кармане, дожидаясь приятелей.

Я вытащил макр и осмотрел его на свету. Не слишком большой, тёмно-синий, искристый, словно посыпанный золотистой пылью. Очень красивый. И тут меня словно под дых ударили. Энергия макра хлынула в меня, но вместо привычной эйфории, голову прошило зарядом, и я медленно опустился на землю. Последнее, что я услышал перед тем, как потерять сознание, был отчаянный крик Маши.