Книга Стать жестче, страница 90 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

— Прямые приказы главы не обсуждаются. К тому же, меня никто не отстранял. Я тебя сейчас в кроватку уложу и приступлю к изучению местности и проведению первичной разведки.

— А я что буду делать? — от возмущения у меня дыхание перехватило.

— Понятия не имею. Почитай что-нибудь. У нас весьма обширная библиотека. В любом случае, пока твои ребра не срастутся, а руки не заживут, ты даже думать не имеешь право про то, чтобы участвовать. Подставлять бойцов, это то ещё свинство. — Серьезно ответил Егор.

— Ладно, — я немного успокоился. Вот тут он был, конечно, прав. Ничего, что-то мне подсказывает, что время на восстановление у меня есть, и это время надо провести с пользой. — Где твоя жена?

— Зачем она тебе?

— Расслабиться хочу, — я потер переносицу. — Не тупи. У неё есть телефон моей помощницы, которая может привезти мне новый телефон. И да, не забудь, что встреча через три дня не отменяется. С Максом кто поговорит?

— Наверное, ты, — Егор развел руками. — У меня много дел образовалось. А тебе один хрен нечем пока заняться. — Он остановился у какой-то двери. Я даже не заметил, как мы отошли от кабинета довольно далеко. А самое главное, я не запомнил дорогу, по которой меня вел Егор. — Твоя комната. Располагайся. Я попрошу Люсю и Максима к тебе зайти, а теперь, извини, мне ещё довольно неуловимого Громова искать.

С Максом я не встретился. Может быть, он и приходил, но я, кажется, переоценил себя, потому что, отправив Люсинду добывать мне телефон, я упал на кровать и сразу же отрубился.

Проснулся я от прострелившей боли в груди. Это я так неаккуратно перевернулся, и потревожил сломанные ребра. А перевернулся я оттого, что в дверь кто-то настойчиво стучал.

— Что здесь происходит? — из-за двери раздался голос Егора. — Я приказал всего лишь попросить Константина Витальевича подойти в кабинет деда, откуда мы сюда пришли. Что в этом сложного? Ты уже двадцать минут как ушла, и что, все эти двадцать минут стоишь под дверью?

— Константин Витальевич не открывает и не отзывается, — пискнул женский голос. Наверное, Егор какую-то горничную в коридоре отловил и отправил сюда, вот только в мою комнату даже в моем доме горничные не заходят. А тут, девчонка, скорее всего, испугалась страшного некроманта. Дома, правда, они не меня боятся, а Паразита, который на каждого входящего в комнату смотрит так, словно они хотят ограбить именно его, но здесь, всё-таки боятся именно что меня.

— Он был ранен, и, когда Максим Васильевич к нему заглянул, он сказал, что Керн спит. В твою кудрявую голову не пришла мысль, что он всё еще может спать? — Егор отчитывал эту девчонку абсолютно ледяным тоном. Ну, правильно, с одной стороны. Тебя для чего наняли, чтобы ты, в том числе, выполняла такие вот поручения. А вместо этого ты скребешься полчаса в дверь, вместо того, чтобы её приоткрыть и посмотреть, что там делает этот страшный некромант. В результате, того же Егора оторвали от обсуждения, или чего-то не менее важного, и он отправился и тебя искать, и выполнять твоё поручение, так что, не надо бы тебе реветь, девочка, его это не расторгает. — Иди уже, работай.

Дверь отворилась, и я приподнял голову, сразу же увидев входящего в комнату Ушакова.

— Ну вот, даже будить не пришлось, — он подошёл к кровати и осмотрел меня с ног да головы. Затем протянул печально знакомую банку с заживляющей мазью. — Целитель велел два раз в день втирать в синяк на щеке и в запястья.