Книга Стать собой (том 1 и том 2), страница 147 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

Разгоняясь до совершенно неприличной скорости, я влетел на улицу имени Клариссы Морозовой, чуть не сбив какого-то хмыря, который успел буквально из-под колес выскочить. В груди клокотала ярость, которая требовала выхода. А ведь так хорошо все начиналось.

Анна направилась к своим родителям, чтобы сообщить о своем уходе. Я шел за ней, чтобы о том предупредить мать и деда, намекнув им, что, возможно, не приду сегодня ночевать домой, уже предвкушая отличную ночь.

— Они очень красивая пара, — задумчиво произнесла мать Анны, и, шедшая впереди меня, девушка притормозила. — Константин так изменился после этой жуткой поездки, так повзрослел. Думаю, что император подтвердит его права на наследование клана Керн. Особенно, учитывая твои отношения с императором, Виталий.

— Дело даже не в моих, как ты говоришь, отношениях с императором, Галина, — дед отсалютовал ей бокалом с вином. — Дело в том, что предприятия Кернов — это даже не профуканная вами «Ундина». Это настолько специфичная отрасль, настолько редкий дар, что тут хочешь не хочешь, а пойдешь навстречу главе клана, который предлагает выход, чтобы его сохранить.

— Я уже говорил, как только император на балу утвердит Константина твоим наследником, мы сразу же объявим о помолвке, а через неделю начнем процедуру слияния. Благо, Костя тоже владеет водой, как и мы, так что слияние пройдет без эксцессов, я на это надеюсь, во всяком случае, — и тут он заметил движение сбоку от себя, повернулся и столкнулся лицом к лицу со взбешенной дочерью. — Анечка, а ты давно здесь стоишь?

— Достаточно, чтобы понять одну простую вещь, — она подошла к отцу вплотную и ткнула его пальцем ы грудь. — Ты собираешься нарушить данное мне слово.

— Но, Анна, пойми, я желаю тебе лишь добра…

— Нет, папочка, ты желаешь добра себе. А еще ты себе желаешь легких путей. Ты ведь обещал мне, что не будешь настаивать на моем замужестве. Что от меня уже ничего не зависит, а слияние можно провести, просто продав все активы клана за номинальный рубль. Да гораздо сложнее, чем просто в качестве приданного отдать, но не невозможно, — Анна не орала, что удивительно, она шипела, как змея, высказывая отцу, то, что у нее накипело на душе. — Ты обещал мне, что я смогу не выходить замуж вообще, что смогу получить профессию по душе, и дело. Что я смогу путешествовать по миру, а не сидеть запертая в четырех стенах. И что, если я все же встречу того, с кем захочу прожить остаток жизни, ты не будешь возражать и смиришься с моим выбором, каким бы он не являлся.

— Анна… — попыталась повлиять на дочь Галина Стоянова.

— Мама, как вы могли у меня за спиной обсуждать такое? И это после всех ваших слов поддержки? — она вырвала свою руку из руки матери, когда та ухватила ее за запястье. — Я уезжаю домой, мне что-то расхотелось веселиться. — И она рванула из зала на средней космической. Я развел руками, встретив взгляд матери, в котором промелькнуло беспокойство и побежал догонять эту дуру, которая, похоже, в отличие от того же Вольфа, совершенно не понимает, в чем заключается ее долг перед кланом.

Мне удалось догнать Анну уже на улице.

— Стой, да стой же, — мне удалось схватить ее за предплечье и резко развернуть к себе лицом. — Я на машине, пошли, я отвезу тебя домой.