Книга Стать собой (том 1 и том 2), страница 10 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

— Неожиданно, правда? И, да, про меня еще и не так говорили. А теперь пошел вон из моего купе, пока мне не пришло в голову продолжить то, что мы так здорово начали, когда ты на огонек заглянул. Несмотря на твою потерю, — Вольф с трудом удержался, чтобы не плюнуть на пол, или сделать что-нибудь столь же неприятное, для своего здоровья. Проявив чисто аристократическую выдержку, он выскочил молча из купе, и даже дверью не хлопнул. Я же, пожав плечами, лег на диван и заложил руки за голову. У меня, наконец-то, появилось время, чтобы подумать и все разложить по полочкам в своей голове. Если я правильно понял, ехать нам предстояло еще часов десять, как раз хватит времени на раздумья, чтобы в будущем избежать ошибок.

Дверь в купе открылась без стука. Похоже, что в этом мире вообще не принято как-то обозначать свое присутствие, перед тем, как войти к кому-то в комнату. Интересно было бы посмотреть на морду этого мужика, который вошел, даже не поздоровавшись и не представившись, и тут же принялся располагаться на диване, расположенном напротив моего, если я был сейчас не один. Мало ли, та девчонка, Анна, внезапно решила, что я ее спаситель и весьма пикантным способом решила отблагодарить? Или ему были бы до звезды наши постельные упражнения. Так и вижу, как он вот так же садится и говорит: «Ничего-ничего, заканчивайте, не обращайте на меня внимание». Картинка была настолько реалистичной, что я не выдержал и хмыкнул.

— Вы увидели что-то смешное, господин Керн? — он даже не взглянул на меня, продолжая вытаскивать на стол какие-то приспособления, назначение половины которых были мне не известны.

— У меня богатое воображение, и я частенько представляю себе различные, часто нелепые ситуации, — я не собирался даже садиться, лишь перевернулся на бок и подпер голову рукой. — Вот вы знаете, что я Керн, а мне ваше имя совершенно точно не известно.

— Следователь по особо важным делам Тайной канцелярии Матвей Игоревич Подоров, — он наконец поднял на меня взгляд. — Вы не хотите сесть, господин Керн?

— Вы знаете, нет, не особо, — я чуть наклонил голову набок. Интересно, как он поступит?

— И все же я настаиваю. Мне неудобно с вами разговаривать, когда вы находитесь в такой позе, сразу вспоминается моя недолгая служба в качестве дипломата в одной очень восточной стране. Местные правители тоже любили испытывать терпение собеседников, расположившись на подушках. Очень неприятные воспоминания, знаете ли. А посему, я начну отвлекаться, и даже рефлексировать, и наш с вами разговор может затянуться, чего совершенно мне не хочется, а вам, я полагаю, и подавно. — Я посмотрел на него с уважением. Молодец, чего уж там. И он чертовски прав, я вовсе не горю желанием затягивать разговор. А насчет дипломатии — он лжет. Дипломаты штучный товар, и, если бы так получилось, что он не смог работать в одной стране, его перевели бы в другую. А то и вовсе оставили дома в соответственном ведомстве, уже с дипломатами, которых прислали другие страны, общаться. Но никак ты не стал бы следователем. Я скорее вижу тебя боевиком, который когда-то ликвидировал таких вот, развалившихся на подушках. А потом ты устал, подучился и начал служить именно что следователем. Вот такое иногда бывает, не так что часто, но все же случается.