Книга Наследнички 4, страница 77 – Олеся Шеллина, Алекс Ключевской

Запустив руки в рыжие волосы, он поцеловал Аврору. Действовал он грубо, на грани с насилием. Девушка замерла, а потом начала сопротивляться. Володя с трудом её удерживал. Изловчившись, Аврора укусила его за нижнюю губу. Укусила сильно, до крови. Он отпустил её, с удивлением глядя, как девушка медленно проводит язычком по губам, собирая его кровь. Зрачки Авроры были расширены, а над поместьем всё ещё продолжала бушевать сила смерти, не позволяя ей прийти в себя окончательно.

— Аврора, — Володя протянул к ней руку, но тут девушка с силой толкнула его так, что он отступил назад, наткнувшись на стоящий позади него стол.

— О, ради бога, заткнись! — прошипела Аврора, мгновенно превратившись из пай-девочки в бешеную кошку. С её волос на пол упало несколько искр. Она призвала дар. Сделала это Аврора неосознанно, но призванный огонь помогал бороться с проявлениями дара смерти, выжигая все те страшные чувства, которые чужой дар в ней вызывал.

Но огонь, не находя выхода, начинал потихоньку сжигать её изнутри. А перед ней почти сидел на столе маг воды, который вполне мог погасить сжигающее Аврору пламя. Она боялась отпускать дар, чтобы снова не окунуться в ту беспросветность, что окружала её две минуты назад. К тому же Владимир ей нравился, но очень смущал. А ещё ей сильно не понравилось, как он смотрел на Марию Вольф. Пристально, не отрывая взгляда.

— Аврора, успокойся, — Вовка снова обхватил её за плечи и зашипел, когда она его поцеловала. Губа болела, и ему показалось, что Аврора намеренно делала ему больно, чтобы вот таким нехитрым способом заглушить собственную боль. — Аврора, что ты делаешь? Но она не ответила, только запустила руки ему в волосы, притягивая к себе всё ближе. — Ну всё, считай, что я тебя предупредил.

Он обхватил её за ягодицы, приподнял и, развернувшись, опрокинул на стол, нависнув над распростёртым женским телом. Что там Константин говорил про противостояние жизни и смерти? Да плевать! И Володя рванул блузку, отрывая пуговицы и обнажая её тело. Авроре сейчас не нужна была нежность, и он очень тонко чувствовал это, давая ей то, что она просила, заставляя девушку снова почувствовать себя живой прямо в эпицентре всё ещё бушующей вокруг силы смерти.

* * *

— Я не совсем понимаю, что вам от меня нужно, — пробормотал уполномоченный представитель округа, глядя на Ушакова, нависшего над ним.

— Подпишите бумагу, в которой говорится, что вы приняли к сведению всё, о чём я тут уже двадцать минут распинаюсь, — в голосе Степана прозвучала угроза. — Вы же поняли всё, о чём я говорил?

— Вы будете устанавливать защитный контур, и при его установлении может вырваться неоформленная сила смерти, и это может повлиять на психику чувствительных людей, которые могут оказаться в зоне её действия, — механически повторил представитель. — Но я не понимаю, чем я-то могу помочь?

— Дайте подумать, — Ушаков действительно задумался, поглаживая подбородок, а потом щёлкнул пальцами. — О! Точно! Вы можете дать заметку в газете, например, упоминая о том, что такое возможно. Внешний контур мы будем устанавливать послезавтра, когда внутренний успокоится. Так что время у вас есть.

— Я вас услышал, — представитель вымученно улыбнулся. — Зачем мне подписывать какие-то бумаги?