Книга 13-й демон Асмодея. Том 3, страница 14 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Что здесь произошло? — я схватил заоравшую курицу и поднёс её к лицу. — Что у вас произошло⁈

Курица прекратила орать и моргнула, а потом уставилась мне в глаза своими чёрными злобными бусинами. И я уже не мог оторвать от них взгляд, проваливаясь всё глубже и глубже…

Вынырнув из чего-то жутко похожего на воспоминания Мурмуры, я выпустил её из рук, за что ощутимо получил клювом по голени. Помотав головой, пришёл в себя и посмотрел на курицу, чуть прищурившись.

— Я, конечно, знал, что ты способна отмудохать любую Адскую тварь, — проговорил задумчиво. — Ты специально не дала этому тупорезу войти, чтобы он не застрял в демонской ловушке, вызвав кучу ненужных вопросов? Заметь, про Барона я не спрашиваю. Думаю, он с радостью напал на демона. Этот котяра и меня бы с удовольствием растерзал, но мы успели заключить сделку.

Мурмура мне не ответила, только посмотрела очень пристально и направилась по своим курячьим делам. Я же вошёл в дом.

На кухне сидели за столом Дмитрий и Ольга, а Настя разливала чай.

— Денис, мы тебя ждали, — сказала Настя, ставя на стол четвёртую чашку. — Нам надо быстро позавтракать и в больницу идти.

— Зачем? — я сел, глядя при этом на Дмитрия.

— Буквально час назад позвонила Наталья Сергеевна и сказала, что Владимир Семёнович полез в погреб, чтобы приготовить его к осеннему приёму овощей и разных банок с вареньем. Лестница старая, одна ступенька не выдержала, и он сломал руку, — она вздохнула и села рядом со мной. — Его в Тверь повезли, там какой-то сложный перелом. Хорошо, что рука левая, но плохо, что ему металлоконструкцию придётся ставить.

— Я всё ещё не поним… — не договорив, я прикрыл глаза. — Амбулаторный приём.

— Да, Денис, — Настя вздохнула. — Я бы тебе помогла, но я совсем ничего не понимаю во взрослых болячках.

— Примерно как я в детских, — и я посмотрел на кофе. Вот же гадство какое!

— Владимир Семёнович сможет потом приём вести и с конструкцией на руке, но пару дней придётся тебе.

— Денис, тут ещё кое-что произошло, — посмотрел на меня цесаревич. — Тобой интересовался представитель медицинского Совета некто Довлатов. Слышал о таком?

— Нет. Но разбирательства Совета мне не грозят, — отмахнулся я. — Студенты в этих разборках не участвуют, а за все их косяки отвечает непосредственный руководитель.

Почему-то эта новость во мне не вызвала никаких эмоций. Совершенно. Тем более что свои права я прекрасно знал и сомневался, что на меня будут наседать, учитывая как минимум мой статус.

— Всё равно такое пристальное внимание к тебе настораживает, — буркнула Настя. — С ним тебе так или иначе придётся встретиться.

— Я думаю, что господину Довлатову будет проще на приём ко мне записаться, чтобы о чём-то переговорить. Отстоять очередь, отбиться от страждущих, а потом уже в совершенном раздрае и эмоционально нестабильном состоянии рассказать мне о цели своего визита. В общем, если я сдохну, считайте меня героем, — вздохнув, я повернулся к Дмитрию. — Пошли, пару швов сниму.

И, поднявшись из-за стола, вошёл в комнату. Долго смотрел на стоящие у разных стен диваны. После чего повернулся к Великому князю.

— Дима, я сейчас дурацкий вопрос задам, но где, вашу мать, кровать?

Мимо меня проскользнула Ольга и принялась на стол выкладывать всё что нужно для перевязки.