Книга Тревожный путь, страница 124 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

Мы замолчали. Мы молчали долго, и каждый из нас думал о чём-то своём. Мои мысли зациклились на том, что нужно было сразу мчаться в участок, как только мы увидели входящего в допросную Георгия. Мы промедлили всего минуту, но этого хватило, чтобы потерять одного из нас. До меня только сейчас начало понемногу доходить, что ничего уже невозможно исправить. Я стал сильнее, как и обещал тогда Ей в семейном склепе, но она до сих пор продолжает забирать у меня тех, кто мне дорог.

— Знаете, я сейчас скажу самую настоящую глупость, но мне впервые в жизни захотелось мороженого, — протянул Эдуард. — Я всегда был равнодушен к сладкому и особенно к комкам застывшего молока, но именно сейчас у меня появилась какая-то нездоровая к нему тяга.

— Похоже, вкусовые извращения твоей невесты во время беременности передались и тебе, — хмыкнул Денис. — Но я, в отличие от всех вас, могу сделать просто нереально вкусное мороженое, дайте мне всего лишь час…

— Тело не исчезло, — я распахнул глаза и перевёл ошалелый взгляд на Эда.

— Что? — он непонимающе посмотрел на меня.

— Его тело не перенеслось после смерти в склеп, — мысль пришла в голову как озарение, и я вскочил на ноги. — Он член Семьи, и он должен был переместиться в фамильный склеп. А значит, у нас всё-таки есть шанс! — крикнул я и сорвался с места, побежав в сторону больничного крыла.

— Ты куда? — крикнул мне вслед Эд.

— Я до смерти хочу мороженого, да, до смерти хочу мороженого, — бормотал я на ходу, сомневаясь, что меня хоть кто-то мог расслышать. — Надеюсь, та, что древнее и могущественнее самой Смерти, не сочтёт за слишком большую наглость, если я ещё раз у неё кое-что попрошу. Не за себя.

Я быстро дошёл до коридора перед палатой, обнаружив приличного размера толпу. Ванда сидела возле кровати, куда переложили тело Ромки, и держала его за руку, позади неё тенью стоял Андрей, наблюдая за ней, чтобы в случае чего сразу же вмешаться. Ахметова колдовала над приборами, не подпуская никого из коллег к кровати. Видимо, в её голове тоже промелькнули такие же мысли, как у Эда, и просто так Рому она отпускать была не намерена.

Лео носился кругами возле входа, не решаясь туда зайти, и заламывал руки. Увидев меня, он остановился на секунду и снова начал свои хаотичные движения.

Ваня стоял молча, скрестив руки на груди, подпирая дверной косяк, а Гаврилов вместе с Залманом, Лепняевым и Чижовым пили прямо из бутылки, передавая её из рук в руки, стоя в стороне.

— Все дороги были перекрыты, мы слишком долго добирались до участка, — неожиданно громко произнёс Шехтер и ударил кулаком по стене.

Я огляделся, но не увидел Егора, хотя почему-то надеялся встретить его здесь.

— Все вон, — тихо и очень спокойно произнёс я, заходя в палату, прогоняя ненужные сейчас мысли. Я смотрел на бледное и слишком спокойное лицо своего младшего родича. Он ещё ни разу не выглядел настолько спокойным, и это пугало. Что, если Ромка не захочет вернуться?

Я скорее почувствовал, чем увидел, что меня мгновенно послушались все, кроме Ольги Николаевны, которую просто вынес кто-то из мужчин, перекинув через плечо, предварительно заткнув рот.

На мгновение прикрыв глаза, я сделал пас в сторону двери. Она с грохотом захлопнулась, и я запечатал её силой Смерти. Никогда я ещё не пользовался Тёмной магией так открыто. Но то, что я хотел сделать сейчас, не шло ни в какие сравнения ни с одним игрищем Тёмных. И первое, что мне нужно было сделать — открыться. Намеренно выпустить силу, полностью развернуть каналы и открыть источник, чтобы меня услышала та, к которой я хотел сейчас воззвать.