Книга Тревожный путь, страница 114 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

Евгения Литвинова, нереально красивая, собранная и возмущённая, говорила в камеру, обращаясь к народу нашей республики, стоя на злополучной площади возле разрушенной трибуны, на которой отчётливо были видны кровавые пятна.

— В этот скорбный день Российская Республика потеряла одну из самых значимых фигур, представляющих нашу страну здесь, во Фландрии. Рульф Реттингтон, известный борец за права всего прогрессивного человечества, был подло убит неизвестным снайпером именно в тот самый момент, когда шёл митинг в пользу прав магов… — я отключил звук.

— Женя — умница, красавица и очень хороший профессионал, — проговорил я. — Даже я почувствовал, как во мне разгорается пламя возмущения и обиды за такого замечательного человека, который был так подло застрелен. Надо ей зарплату поднять.

— Дмитрий Александрович, лучше мне зарплату поднимите, потому что я не была готова ни к чему подобному, — из трубки раздался голос вампирши.

— Зачем вам деньги, Маргарита Владимировна? Насколько я знаю, ваш клан очень обеспечен, — проворковал Эд, улыбнувшись.

— Эдуард Казимирович, конечно, куда же без вас. Так что мне говорить? — серьёзным тоном спросила Хрущёва.

— Пусть Яковлев ответит, всё равно фландрийцы ничего сверхважного не скажут, они ещё сами не во всём разобрались. Сообщат, что убили нашего подданного, и осторожно намекнут, что они ни в чём не виноваты, и вообще у него двойное гражданство и фландрийское гораздо важнее для убиенного, — отстранённо проговорил Лео, сидевший всё это время так тихо, что я даже забыл о его присутствии. Я повернулся к нему, отмечая неестественную бледность. Интересно, это он за Ромку так переживает или его повергла в шок ситуация в целом?

— Ты уверен? — уточнил я.

— Абсолютно. Этого следовало ожидать. Маргарита Владимировна, запишите разговор и сразу же передайте запись нам, — ответил Демидов, нахмурившись.

— Хорошо, но в следующий раз нужно предупреждать заранее о подобных делах. Желательно за пару недель, чтобы у меня было время подготовиться. А то со стороны я выгляжу неадекватно, — добавила она и отключилась.

— Похоже, не поверила, — подытожил я.

— Разумеется. Ей пять сотен лет, она за тысячи километров сможет разобрать по винтикам каждый ход политической игры. Тем более, в современном мире они такие банальные, нет той изысканности и жестокой изощрённости, что были в моё время, — задумчиво произнёс Эд.

Я ничего не успел ответить, как снова зазвонил телефон. Звонок шёл с незнакомого номера.

— Наумов, — резко ответил я, принимая вызов.

— Это Залман, — я тут же включил громкую связь.

— Говори, ты на громкой.

— В районе заглушили все сигналы, работают только стационарные таксофоны. Они увезли Романа в центральный участок следственного комитета, мы направляемся туда.

— Почему в следственный отдел, а не в СБ? — вопросительно посмотрела на меня Ванда.

— Понятия не имею. Нас это тоже удивило, потому что изначально мы направились туда и потеряли много времени, так как на месте ничего узнать не получилось, — недовольно ответил Шехтер. — Мы даже связь вырубили, чтобы не фонило. Вся эта операция по задержанию проводится в каком-то ускоренном темпе, словно была изначально спланирована.

— Думаете, кто-то знал, что Реттингтона сегодня убьют? — напряжённо спросил Егор, потирая лоб.