Книга Странный путь, страница 43 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Ну что вы, конечно, нам здесь все эти пережитки Империи неинтересны, – тут же сориентировался Бурк. – Лучше скажите, правду ли говорят о том, что ваш разрыв с Мариной Рубел был инициирован именно вами, а последующая атака на капиталы Рубелов – своеобразная месть за то, что Марина обручилась именно с Генри Уилсоном?

— Никакой атаки на капиталы Рубелов с моей стороны не было. Я не имею связи с их финансовыми проблемами, – я пожал плечами, но внутри меня всё похолодело. Если он сейчас начнёт раскручивать тему её беременности и измены, то мне, мягко говоря, мало не покажется.

— Ну что вы, это же очевидно. И месть, хоть и такая извращенная, свойственна любому человеку, – прищурился Бурк, забросив наживку. – У меня есть сведения, что вы сами были увлечены Уилсоном, начиная с того знаменитого приёма, когда он был назначен вашим капитаном в игре всех достойных мальчиков в конное поло? А тут Марина испортила все ваши планы…

— Тим, вы хорошо подумали, прежде чем задать мне этот вопрос? – я ещё больше выпрямился на этом проклятом диване. В студии стало очень тихо, зрители, затаив дыхание, ждали, чем же всё это закончится.

— Ну что вы, Дмитрий, не нужно стесняться, – и Бурк весьма похабно мне подмигнул. – Ответ на этот интригующий вопрос мы узнаем после рекламы!

— Вы в своём уме? – я вскочил на ноги одним слитным движением. Бурк отшатнулся, вжимаясь в спинку своего стула, видимо, такого он точно не ожидал.

— Это нормальный вопрос, учитывая все обстоятельства, которые связывают с вашим именем, – он вызывающе посмотрел на меня.

— Господин Бурк, своим вопросом вы оскорбили не меня, вы оскорбили женщину, которая является моей женой. Ещё пару сотен лет назад я вызвал бы вас на дуэль и убил на радость публики. И поверьте, рейтинг именно этой передачи был бы запредельным, – я наклонился над ним, пытаясь поймать взглядом его бегающие глаза. – Хотя, извините, я забыл, вы же не уроженец Российской Республики, где уж вам понять, что такое честь, – бросил я презрительно и подошёл к Эдуарду.

— Они смотрят этот цирк? – тихо спросил я у него. Уточнять, кого я имею в виду, не требовалось, и Эд, отвлёкшись от чтения сообщения на своём телефоне, посмотрел на меня.

— Да, смотрят. Оказывается, это шоу идёт сразу в прямом эфире, и на самом деле у Бурка есть чему поучиться, – его телефон тренькнул, и он снова посмотрел на экран.

— Что там у тебя? – я раздражённо выхватил у него из руки телефон и почувствовал, как мои глаза расширяются. – «Не забудь стереть с него лак и сделай так, чтобы эта слащавая гейская улыбочка не портила нашего главу», – прочитал я и швырнул телефон Эду.

— Это не тебе предназначалось, – тихо ответил на мой невысказанный вопрос Эдуард. – Сейчас я пытаюсь рассказать Роману о твоей встрече с его отцом. Рома слегка… огорчён и обескуражен. А когда он в таком состоянии, то сам не понимает, что несёт.

— Ну-ну, – процедил я и вернулся в студию снова сев на диван, потому что режиссёр делал отчаянные знаки, извещающие, что реклама подходит к концу.

— Итак, господин Наумов, что вы ответите на мой вопрос? – упрямо проговорил Бурк.

— Я отвечу, Тим, что и вы, и те, кто задавался подобным вопросом, ошибаетесь. Я не был увлечён Уилсоном и больше его не видел после того весьма запоминающегося приёма. В Столичной Школе Магии не поощрялись подобные увлечения, – и я улыбнулся краешком губ.