Книга Извилистый путь, страница 63 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Что не позволит делать из себя идиота, — пробормотала Марина. — Папа, ему хватило пяти секунд, чтобы определить, что дитя не его! Он сказал… он сказал, что ребёнок неодарённый, и поэтому…

— И поэтому он совершенно точно не мог быть зачат им! Всем давно известно, что у магов не рождаются неодарённые дети! Идиотка! Как я сейчас буду перед ним оправдываться!

— Неправда! У Георгия Гаранина младший сын не маг…

— Он маг с полностью разрушенным источником, и у него родятся вполне себе одарённые дети, и об этом знают все, ну, полагаю, что кроме тебя, — процедил Рубел.

— Ого, это что же получается, ты успела нагулять ребёнка в то время, когда официально жила у своего жениха и якобы готовилась к свадьбе? — старший брат Марины и наследник состояния Рубелов, Адам, присвистнул и откинулся на спинку стула, швырнув вилку на стол. Она шмякнулась о тарелку, разбив её, но никто не обратил внимания на эту небольшую неприятность. Что значила какая-то разбитая тарелка перед тем, что может им устроить слегка расстроенный Наумов. — Ты совсем дура? Ты не просто наставила рога владельцу второго состояния в мире, но и попыталась подсунуть ему не залежалый товар, а попросту протухший! Ты, кретинка, покусилась даже не на жизнь Дмитрия, это как раз нормально и объяснимо, и мы могли бы обойтись банальной вирой, ты унизила его достоинство и потопталась на репутации, а это в нашем мире никогда не прощается! Папа, можно я её убью? — и Адам закрыл лицо руками.

— Кто отец? — Кристиан сжал столовый нож так, что костяшки пальцев побелели.

— Уилсон, — Марина не выдержала и разрыдалась, закрыв лицо руками.

— Твою мать, Марина! — Адам вскочил со своего места и повернулся к отцу. — Ты возьмёшь на себя разговор с Наумовым и извинения?

— А что мне ещё остаётся? — Кристиан потёр виски.

Всё было плохо, хуже просто некуда. Почти половина их активов была вложена в совместный бизнес с Уилсонами, и он теперь лихорадочно соображал, что же делать. По слухам, донесённым до него сегодня утром поверенными, Дмитрий дал неделю своим российским партнёрам, чтобы завершить все дела с Фландрией. Не с Уилсоном, а с Фландрией, потому что тряхнёт так… Биржа уже отреагировала, и ходят разговоры о временном закрытии торгов, чтобы переждать, когда пройдёт буря.

— Папа? — Адам вопросительно смотрел на отца.

— У нас есть меньше недели, сынок. Займись активами. А я постараюсь сгладить острые углы с Наумовым, — глухим голосом произнёс Кристиан. — Нам ещё Марину нужно как можно быстрее выдать замуж за Уилсона.

— Генри помолвлен с девочкой Вэнсонов, — мрачно ответил ему Адам.

— Да мне плевать! Разорвёт помолвку! К тому же, Вэнсоны, скорее всего, сейчас лихорадочно разрывают все договорённости. Им зачем такое родство? — Кристиан поморщился. — Займись активами. У нас очень мало времени.

— Я это уже понял, — пробормотал Адам и выскочил из-за стола, лихорадочно набирая на телефоне первый из сотен номеров, по которым ему придётся позвонить в ближайшее время.

— Папа, я не хочу жить под мостом, — медленно проговорила младшая дочь Кристиана Рубела — Зоя. — Мало того, что мне пришлось смириться с тем, что Дмитрий в итоге достался этой корове, так теперь ещё и это!

Зелёные глаза сверкнули, когда Зоя бросила на стол злополучную газету, где на фотографии Дмитрий не сводил восторженного взгляда со своей спутницы. Газета была на русском языке, Зоя предпочитала читать газеты на языках тех стран, где они издавались. Её очень хорошо обучали, гораздо лучше, чем всех остальных детей Рубелов, и приступили к обучению сразу же после того, как Александр Наумов с улыбкой, глядя на рыжеволосую куколку, произнёс: