Книга Безумный путь, страница 71 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Я Тёмный, если ты ещё об этом не забыл, да ещё и Лазарев, — проговорил Эд, обращаясь к морю. На меня он в этот момент не смотрел.

— Точно, — я хлопнул себя по лбу, — на нас же ни черта не действует. Слушай, есть же физические методы борьбы с этим недугом. У тебя, случайно, нет конфетки? Любой леденец вполне подойдёт. Они, говорят, рвотный рефлекс подавляют.

— Пошёл ты, Дима, дай мне сдохнуть спокойно, — яхту немного качнуло, и Эд снова перегнулся через борт. — Иди в каюту и продолжай праздновать.

— А что если…

— Пошли вы все к чёрту с такими сюрпризами! — вдруг заорал всегда уравновешенный Эдуард и обессиленно опустился на палубу.

Я покачал головой и последовал его совету, вернувшись в каюту. Вообще-то, я хотел предложить ему порталом переместиться в поместье. Ну не мучиться же моему старшему братишке, если ему действительно плохо. Да и остальным своим несчастным видом перестал бы портить настроение. Но Эдуард отмахнулся от меня, не дав договорить, поэтому я с чувством выполненного долга отправился дальше праздновать. Великий Князь и сам в случае чего может помочь себе с порталом. А раз уходить не хочет, предпочитая страдать, то это его проблемы.

— Где Эдуард? — спросил Иван, как только я вошёл в каюту. Все остальные напряжённо смотрели на меня, даже не притронувшись к угощениям. А Лео постоянно открывал и закрывал подарок Эда, практически не обращая ни на что внимания.

— Тут такое дело получилось. Несмертельное, но довольно неприятное, — я взял шампанское и разлил его по бокалам, после чего поднял свой и одним большим глотком выпил. В голове зашумело ещё больше, и очень сильно захотелось праздника. И я снова наполнил свой бокал игристым вином.

— Дима, что с Эдуардом? — с нажимом повторил вопрос Рокотов.

— У него, оказывается, морская болезнь, — ответил я, разглядывая содержимое своего бокала на свет, любуясь лопающимися пузырьками. — Он сейчас на палубе блюёт.

— Этого не может быть, — нахмурился Иван, а Андрей и Залман недоумённо переглянулись. — У Эдуарда прекрасное чувство равновесия, какая болезнь?

— Морская, — я посмотрел на него поверх бокала. — Не исключено, что здесь не последнюю роль сыграло его фатальное невезение. Самое поганое, что оно действует очень непредсказуемо, но всегда оригинально: то замок сгорел, трижды, если не ошибаюсь. То свет случайно выключился, и его отец не смог завершить лечение. Ну, а если морская болезнь, то исключительно на море. А что, логично. На море, поэтому и морская, — и я отсалютовал бокалом Лене, сидевшей напротив меня, и сделал глоток.

Иван и четвёрка наших наставников вскочили со своих мест и бросились на палубу, наверное, чтобы на блюющего Эда посмотреть. Ну, или поддержать его морально.

— А разве у вас с Эдуардом не один отец? — Долгова невольно нахмурилась.

— Ну, как тебе сказать, — протянул я, снова наполняя шампанским бокал. Настроение упало, зато появилось стойкое желание напиться. — Я не считаю козла Казимира своим отцом, если только в сакральном смысле этого слова. Эд, кстати, тоже. Моим отцом всегда был Александр Наумов, и этого никто не в силах изменить.

И я поднял наполовину пустой бокал и произнёс тост.

— За Эдуарда! Хоть он сейчас не с нами, но сегодня у него тоже день рождения, и за это стоит выпить! — и я опрокинул в себя бокал. Меня поддержали все, включая Лео, оставившего на мгновение свою новую игрушку.