Книга Охотник. Том 2, страница 59 – Илья Ангел

— Присаживайтесь, — Цесаревич указал мне на стул, возле которого я стоял, а сам, дождавшись пока охранники его проверят, уселся на главное место за столом.

— Не ожидал, что мне доведется общаться с вами, — сказал я, еще раз приклонив голову. Цесаревич еще раз пристально меня осмотрел прежде, чем заговорить.

— Вы умеете привлекать внимание, Дмитрий, и не только мое. Буквально за месяц я уже несколько раз слышал о вас и ваших достижениях. Хотя, думаю, князь тверской Романов всегда несколько лукавил, отчитываясь о делах своего княжества. — Он почесал подбородок и посмотрел на потолок, что-то на нем разглядывая, задумываясь. — Изучив все материалы дела, я пришел к выводу, что вы причастны к спасению детей влиятельных семей и просто преуменьшаете свои достижения из-за скромности. Это довольно хорошо, так как дает мне повод закрыть эту тему и пресечь дальнейшие конфликты внутри Империи. Вы же понимаете, о чем я говорю?

Я кивнул, внутренне морщась. Так или иначе, они сделают из меня козла отпущения. Только вместо виновника сделают героем.

— О ваших подвигах и заслугах будет объявлено за общим ужином. — Он встал и прошел к выходу.

— Ваше высочество, — после некоторого замешательства все же рискнул спросить я. Мужчина остановился и повернулся. Никакого отвращения или недоумения я в его взгляде не увидел, только интерес и какое-то, как мне показалось, удовлетворение, словно он ожидал от меня нечто подобного. — Вы же не за этим пришли сюда, чтобы сообщить то, что озвучили?

— Я хотел лично увидеть вас, чтобы убедиться в некоторых своих догадках, — он еще раз окинул меня взглядом и вышел за дверь, не закрывая ее за собой.

Я потер рукой лоб, не понимая, как следует себя вести дальше в сложившейся ситуации. А так неплохой ход получается. Никто никому из князей и аристократии не будет должен, никто никому завидовать не будет, и никто не получит никаких преференций от империи и других княжеств. А мелкого дворянина можно только похвалить, а можно и вообще не обратить на него внимание и забыть на следующий день, приступая к своим текущим делам.

Просидел я в одиночестве, без малого, минут десять, после чего в комнату вернулся дознаватель.

— Господин Морозов, после тщательного изучения всех имеющихся документов, показаний и фактов, мы пришли к выводу, что вы совершенно невиновны. Все обвинения против вас сняты, — ровно проговорил он и указал на дверь, возле которой стоял. — Вы можете быть свободны.

Не став задерживаться, я молча отправился в свою комнату, стараясь обойти все людные места, однако, то и дело натыкаясь на служанок, которые переговаривались и шептались, как только я появлялся в их поле зрения.

В комнате, первым делом, я посмотрел на себя в зеркало, отмечая, что после поглощения вампира я не только обрел вторую стихию, но и внешне несколько изменился: кожа стала бледнее, шрамы на груди, которые оставались после встречи с арахной, практически исчезли, оставив после себя едва видимые взгляду белесоватые пятна на коже. Белки глаз были красные от усталости, но радужка приобрела темно-зеленый насыщенный цвет.

Быстро помывшись, я лег на постель, решив для начала поспать и набраться сил, прежде, чем обдумывать произошедшее.

Правда, отдохнуть мне не дали. Как только я начал погружаться в такой желанный для меня сон, раздался настойчивый стук в дверь. Вставать не хотелось, поэтому я просто повернулся на другой бок, натягивая одеяло на голову. Когда я не открыл двери, раздался еще более продолжительный стук и более настойчивый, затем еще раз, а после в дверь начали долбиться, не прекращая, поэтому, вспоминая все проклятия и малый петровский загиб, пришлось подняться и открыть двери.